– А я думала, ты ушел… – усмехнулась, наблюдая, как он из свирепого монстра превращается в ленивого кота.
Андрей подошел ко мне и, поставив ладони на стену с двух сторон от моей головы, жадным взглядом исследовал мое тело.
– Ты меня вымотала ночью, и я не смог уйти, – нагло соврал он, ухмыляясь при этом довольным оскалом.
– Никогда не поверю, – заявила, вытянув руки и погладив по его мускулистой груди.
Мужчина зашипел, и я с самой невинной улыбкой залезла левой рукой вниз под джинсы, второй расстегивая ширинку. Обхватив ладошкой толстый член, подрагивающий и твердый, сжала и честно поделилась:
– Вот видишь, какой ты обманщик, а говорил, что вымотала.
Мгновенно меня подхватили под бедра и прижали к стене. Совсем не ожидала, наивно считая, что маленькое заигрывание с огромным хищником закончится завтраком на кухне. Но видно с этим мужчиной нельзя заигрывать…
Даже выдохнуть не успела, как он стянул с себя джинсы и, выпустив эрегированный член, направил в лоно. Удивленно посмотрела на него и, чувствуя медленное вторжение во влажное лоно, прохрипела:
– Ты не человек, Грызлов, а машина…
– Ошибаешься, кошка. Сейчас дам почувствовать насколько я человек, – хриплым басом произнес он, прикусывая мочку уха, прикасаясь губами к шее, вызывая рой мурашек по коже.
Впилась ногтями в его плечи, ожидая грубое вторжение, но, несмотря на припухлость в интимном месте от ночного марафона, я не чувствовала боли или дискомфорта, только невыносимую жажду и удовольствие. Его движения сводили с ума, и я двигалась вместе с ним, выгибаясь и требуя большего.
Через час, за который мы приняли вместе душ… два раза (в первый раз у нас ничего не вышло из-за наглого соблазнения некоторых), уже сидели в кухне. Я кормила кашей Светочку, а Шторм ел омлет с беконом, посматривая на меня.
Не выдержав напряженного взгляда, спросила:
– Что?
– Ничего, – буркнул он, продолжая орудовать вилкой и непрерывно прожигать мне спину.
«Ничего, так ничего!»
Но только встала, чтобы налить чай в непроливайку, как услышала:
– Зачем ты позволяешь стервятникам вновь и вновь клевать тебя за доброту?
Не ожидала такого вопроса… Застыла как статуя с электрическим чайником в руке, а потом выдохнула:
– Андрей…
– Ты скажи, а не ищи причины, чтобы не ответить мне.
Молча добавила немного меда в чай вместо сахара для поддержания иммунитета и, вручив довольной Светланке, поющей на своем «английском» песенки, повернулась к нему и через секунду произнесла:
– Они – моя семья.
– На хрена такая семья, если им нужны от тебя только деньги? И чем больше помогаешь, тем больше запросы. Паразиты…
– Андрей, я сама разберусь.
– Разберется она, – буркнул он, макая последний бекон в кетчут. – И чтобы ты знала, у бывшего твоего огромные долги… просто гигантские.
Удивленно посмотрела на Шторма, теперь понимая, почему активировался Костя, но сейчас меня волновал очень важный вопрос.
– Ты пробил меня по всем инстанциям?
Ответ не поступил, мужчина отодвинул пустую тарелку и принялся за кофе, совершенно спокойно продолжая смотреть мне в глаза.
– Андрей… – недовольно напомнила ему о своем вопросе.
– Да. И что из этого?
– Зачем?
– Хотел!
– А ты не много хочешь? – поинтересовалась, стараясь, как можно тише возмущаться, чтобы Света не реагировала на голос. – Я тебе благодарна за помощь с матерью. Возможно, она побоится теперь чего-либо требовать. Но что произошло вчера ночью и сегодня – это неправильно. Мы с тобой лишь спим, и никто из нас на другое не рассчитывает, а вот таскать домой мужиков, чтобы моя дочь видела их, да и соседи – меня не устраивает. Так что если решили некоторое время проводить несколько часов вместе, то только за пределами моей квартиры, не на глазах у моих друзей, знакомых… а главное дочери!
Мужчина отпил кофе и поднялся. Оказавшись около меня, резко притянул и поцеловал в губы. Грубо, жадно, неистово. Не ответила, но ему и не нужно было. Он оставил меня в покое и пошел на выход.
Стояла на месте, не двигаясь, наблюдая, как Света вся выгибается, пытаясь посмотреть, что там делает в коридоре дядя.
Открылась входная дверь, но я чувствовала, что Шторм не ушел. Медленно пошла туда, чтобы закрыть, и увидела его, привалившегося к косяку. Напряженный, грубый, и ожидающий. Он посмотрел на меня и ледяным тоном произнес:
– Про мужиков предупредил – ребра сломаю любому, если будут рядом тереться.
Пораженно открыла рот, выдыхая:
– Ты – офигел?
– Семейка у тебя дерьмо, так что смотри за дочерью.
– Несомненно! Без тебя понимаю! – буркнула, злясь, что он нагло руководит и отдает приказы.
– Ну и по встречам… учту пожелание дамы, – рявкнул и вышел из квартиры, направляясь к лестнице. Закрыла за ним дверь, и попыталась успокоиться, чтобы рассудить все верно и без нервов.
Через некоторое время с глупой улыбкой на устах потопала к дочери, продолжая размышлять над словами мужчины. Взяла на руки свою девочку и, ополоснув грязное личико, подошла к окну.
