Листы с ее впечатлениями и мыслями о мужчине были либо вырваны, либо перечерканы черной ручкой. Кое-где проглядывали слова на тексте через огромное множество линий. Слова: «Тварь», «Ненавижу» и «Мразь». Не понимала, то ли Анастасия писала в гневе, разрывая страницы, то ли кто-то, кто не должен был прочитать этот дневник.
Несмотря на вечные отговорки любимого мужчины, тетя надеялась и верила, потому что влюбилась, как никогда. Неистово, всем сердцем, отдавая душу. Столько нежности в ее словах, пропитанных любовью, отчаянья и обвинений, что она предательница.
Каждая их встреча описывалась как романтическая нежная история. Она верила ему, как и я, читая обещания и уверения мужчины, которые она передавала на бумаге.
То, что читала сейчас, повергло меня в шок:
«Вчера мой мир рухнул. Да, окончательно и бесповоротно. Чего я совсем не ожидала. Все ложь и обман. Сердце обливается кровью. Но виню только себя и свою наивную любовь. Я заслужила такое наказание.
Случайно услышала их разговор, когда проходила мимо бани. Хотела продолжить путь, но не смогла, распознав в крике голос Шурика. Бросившись к двери, распахнула ее и залетела в просторный предбанник.
Мой любимый сидел ко мне спиной и громко кричал, отчего я поспешила вперед, но замерла, замечая ту, что держал он в своих объятьях. Его руки были в крови, и он прижимал ее к своему телу, хрипя:
– Ты зачем это сделала? Зачем?! Ты же умрешь! А сын??? Как ты могла?
– Я все знаю! Предатель! Ты выбрал эту суку. Тварь! Она – проклятье. Ведьма. Как же я мечтаю, чтобы она сдохла, и могла спокойно жить. Ты спал с ней! С этой дешевой проституткой.
В тот момент меня парализовало от ее ненависти и злобы ко мне. Несмотря на это, я ждала его слов, надеясь, что он признается и опровергнет жестокие слова обо мне. Я никогда с ним не спала. Никогда! Не могла, пока он женат.
Знаю, что виновата, но никому не хотела зла. Но, тем не менее, позволила своему сердцу любить женатого, за что презираю себя.
– Родная, тебе нужно в больницу! Давай не будем о ней. Настя в прошлом... Я тебя люблю, а она НИЧТО! Только не делай с собой больше ничего. Умоляю.
Казалось, что меня облили ледяной водой. Штормило в стороны, и я кусала губы, желая закричать, но слова застряли внутри. Сделала шаг вперед, желая объяснить.
НО…
В этот момент ОН повернулся и посмотрел на меня. В его глазах увидела столько ненависти и презрения, что ужаснулась и отступила назад, прижимая руку к груди.
Не верила, что такое может произойти. И тут же мой взгляд привлекла ОНА. Подол платья, бедра у женщины были в крови. Она тяжело дышала, а потом громко прокричала:
– Да? И ты только сейчас это понял? Когда я избавилась от нашего ребенка?! Да?! Когда вынесла все муки ада на столе, чувствуя, как эта мерзкая старуха грязными руками рвет крючком меня изнутри?! Это ты виноват! Ты и эта мерзкая тварь! Как же я ненавижу ее! Аа-а-а-а.
Громкий крик, похожий на вой, так и стоял в голове, а ноги совсем не держали. Если бы не стена, к которой прижалась всем телом, рухнула бы на деревянный пол.
ОНА УНИЧТОЖИЛА СВОЕГО МЛАДЕНЦА ИЗ-ЗА МЕНЯ…
ЧУТЬ НЕ УБИЛА СЕБЯ…
И В ЭТОМ ВИНОВАТА ТОЛЬКО Я…
Прислонилась головой к косяку, закрывая глаза, пытаясь осознать, как вдруг услышала:
– Я хочу, чтобы ты… чтобы посмеялся над этой дрянью. Втоптал в грязь. Она заслуживает этого, после того, что сделала со мной.
– Милая, тебе нужно в больницу. Ты… ты вся в крови.
– Обещай, что посмеешься над ней. Хочу видеть ее боль! Пусть испытает то, что пережила я, когда она сверкала от счастья.
– Да, я все сделаю, только поехали в больницу.
Раздалось молчание и я, найдя в себе силы, направилась на выход из бани, как вдруг услышала истеричный вопрос:
– Скажи, ты любил ее? Скажи мне! Скажи!
Знала ответ, но задержалась, отключая все эмоции.
– Нет. Никогда. Прости меня.
Казалось мое сердце разорвалось на части. Я просто молча шла домой, желая… все забыть…
Родителей не было, они с утра уехали в соседнюю деревню на похороны и должны были вернуться только завтра ночью.
Дрожащими руками кидала свои вещи в сумку. Хватала все, что видела, а главное документы, а потом вышла на улицу.
Помнила, что скоро должен пойти вечерний автобус на восемь часов, и надеялась успеть. Даже не понимала, что брела в рабочем платье, в котором полола огород. Мне было все равно.
Слезы текли по щекам, и спустя мгновение взорвалась, завывая в ладонь, кусая ее, но продолжая идти. Внезапно со всех сил рванула к остановке, желая немедленно уехать и все забыть. Далеко, туда, где меня не знают… в будущее, чтобы забыть ЕГО.
Через несколько дней я поднималась по лестнице высотного здания, направляясь в престижную строительную фирму в городе Санкт-Петербург, желая пройти собеседование на место главного бухгалтера. В себе я не сомневалась, как, впрочем и в своей победе.
Моя новая жизнь началась…»
Последнее, что прочитала, а потом отложила дневник. На душе было мрачно и тошно. Хотелось плакать, но слез не было, только пустота.
