– Это слишком кровавая история, так что никаких подробностей я тебе не поведаю, моя обворожительная красавица. Объявив корабль своей наградой, я дал рабам свободу и отпустил, хотя кое-кто из них до сих пор являются членами команды «Зефира».
– Ты настоящий герой, – совершенно серьезно заключила Рори. – Наверняка твой ужасный дед испытал бы гордость, узнав об этом.
Габриэль фыркнул.
– Первым делом он осудил бы меня за то, что вообще попал в плен. По его мнению, благородство могут проявлять только моряки и офицеры королевского флота. Но, ей-богу, мне проще уважать Малека: он хотя бы человек чести. Вот почему мы до сих пор не перерезали друг другу горло после той давней истории.
– Это даже интересно, когда такие сложные отношения – пробормотала Рори, явно что-то задумав.
– Можешь использовать эту историю в своем романе, если только изменишь имена, – догадался Габриэль.
Рори кивнула.
– Да, ты прав: так будет правильно.
Габриэль посмотрел на нее, и желудок болезненно сжался при мысли, что все ее творения могут бесследно сгинуть в каком-нибудь проклятом гареме, но этого не случится, если он сумеет помочь. Только вот как, он даже не представлял, а значит нужно подумать о настоящем.
– Завтра – вернее, уже сегодня утром – тела трех погибших в бою воинов Малека будут преданы морю.
– Нам с Констанс можно присутствовать, или женщины не допускаются на подобные мероприятия?
Габриэль задумался.
– Надо спросить у Малека. Думаю, они позволят вам посетить церемонию прощания, если, конечно, вы оденетесь соответствующим образом и закроете головы и лица.
– Длинные темные платья и широкие шарфы, – кивнула Рори. – Мне бы хотелось пойти на церемонию, ведь эти люди защищали и нас тоже.
– Думаю, Малеку и его людям понравится такое проявление уважения со стороны двух иноземных леди.
– А как хоронят мусульман-моряков? Просто интересно, чего ожидать.
– Как и других моряков: привязывают груз, чтобы тело побыстрее затонуло, а в море опускают со стороны Мекки. Имам произносит молитвы. Вот, собственно, и все. Если корабль находится недалеко от берега, то мусульманина хоронят в земле в течение дня смерти.
Рори подавила зевоту.
– Как бы ни хотелось мне остаться с тобой на всю ночь, но, думаю, пришло время возвращаться в свою каюту.
– Ты права, – неохотно согласился Габриэль. – Я тебя провожу.
– Лучше я пройду к себе одна.
Габриэль встал с кровати и протянул ей руку. Рори быстро собрала волосы в пучок, потуже завязала пояс халата, надежно прикрыв наготу, и направилась к потайной двери. Габриэль не сводил с нее взгляда: такая красивая, открытая, нежная.
– Как бы мне хотелось, чтобы ты осталась, – сказал он с тоской в голосе.
– Но ведь до Константинополя будут еще ночи, – мудро заметила Рори. – И если ты не против, я стану приходить…
– Против? Я буду счастлив! – Габриэль притянул ее к себе и заключил в объятия, как если бы хотел своим телом защитить от опасностей.
Рори на мгновение прильнула к нему, потом решительно отстранилась.
– Доброй ночи, мой капитан.
Габриэль открыл дверь, пропуская ее вперед, и пошел следом по узкому коридору, переходившему в более широкий, где располагалась ее каюта, стараясь не касаться, ведь в противном случае они попросту не смогли бы расстаться.
Дойдя до двери, Рори обернулась, одарила Габриэля чувственной улыбкой и, повернув в замке ключ, исчезла за дверью.
Капитан вернулся в свою каюту, и чувствовал себя при этом так, словно его поколотили. Должен же быть какой-то способ освободить Рори, ее кузину и экипаж «Девонширской леди»! Надо просто его найти. Пусть пока все идет своим чередом, а как только представится удобный случай, уж он постарается его не упустить.
Тихонько прикрыв за собой дверь, Рори ничуть не удивилась, когда раздался скрип кровати, а следом за ним сонный голос кузины:
– Вернулась? Как прошло твое тайное свидание?
Рори устало опустилась на краешек ее кровати.
– Кажется, я влюбилась, и это взаимно. Беспокоиться не о чем: девственности я не лишилась, – но зато узнала, что можно получить удовольствие другими способами.
Девушка мечтательно улыбнулась, все еще ощущая легкое покалывание в сокровенных уголках своего тела.
– Я рада за тебя, – улыбнулась Констанс. – Думаю, ты поступила правильно, решив рискнуть, а то времени осталось очень мало: скоро мы будем на месте.
Рори, с трудом разглядев в темноте бледный овал лица подруги, спросила:
– А как насчет тебя, Констанс? На корабле есть мужчина, который очень тебе нравится, к тому же ты вдова, так что о девственности беспокоиться не приходиться. Почему бы не воспользоваться ситуацией и не дать волю чувствам?
– Честно говоря, я даже не думала об этом! – удивленно протянула Констанс. – Это ты всегда готова к приключениям, а не я. Но, возможно, и мне наконец пора проявить безрассудство? Думаешь, Джейсона это не отпугнет?
– Напротив! Я же вижу, как он на тебя смотрит. Не упускай возможность, сестрица: такой мужчина! – Рори помолчала и добавила: – Еще почти неделю мы будем принадлежать сами себе, так что если вести себя осторожно, не попадемся.
Констанс глубоко вздохнула.
