– Я надеялся, что само собой всё как-то уладится. А тут Ада так некстати припёрлась в библиотеку и застукала нас! Она ведь туда практически никогда не ходила! А тут на тебе, как по закону подлости!
– И вы всё свалили на Ксению?
– А что же мне ещё оставалось делать? – с искренним удивлением спросил Рудольф.
«Вот паразит», – подумала Мирослава. А вслух спросила:
– И Ада Константиновна поверила вам?
– Поверила, – кивнул он не слишком уверенно и добавил: – Или сделала вид, что поверила.
– От кого вы узнали, что Ксения уехала?
– Ада сказала.
– А кто вам сказал, что она вернулась?
– Никто! О её возвращении я узнал только после убийства Ады.
– И вы решили, что тётку убила Ксения?
– Конечно! А кто же? – искренне удивился Рудольф. – Больше никто не был заинтересован в её смерти.
– Кроме вас.
– Издеваетесь? Теперь Агриппина Егоровна меня коленкой под зад, как шелудивого щенка, на улицу вышвырнет. Вот увидите! Бедный я, несчастный человек! – Рудольф схватился за голову и забегал по комнате.
– Ладно, с вами всё ясно, – проговорила Мирослава и направилась к двери.
– Так я убедил вас в своей невиновности? – бросился ей вслед Лихолетов.
– Вы бы ещё в своей невинности всех убеждали, – недобро усмехнулась в ответ Мирослава.
– Как это в невинности? – растерялся не понявший игры слов Рудольф.
Но Волгина, так ничего и не ответив ему, ушла.
Подъезжая к гостинице, Морис позвонил Мирославе и проинформировал её, что везёт не только договор, но и саму бабушку Ксении Моравской Караваеву Фаину Никаноровну.
– Вот как, – только и обронила Мирослава.
– Я сниму для Фаины Никаноровны номер.
– Да, конечно. Я найду тебя, как только доберусь до гостиницы.
– Хорошо.
– Сынок, – подёргала Караваева за рукав Миндаугаса, – зачем деньги тратить на отдельный номер, я и в твоём могу устроиться.
Только благодаря своей сдержанности Морис не выпустил из рук руль.
– Это невозможно, – сказал он. – Потому что неприлично.
– Эко загнул, неприлично! – протянула она нараспев. – Я же уже старенькая.
– Тем более.
– Что тем более? – не поняла Караваева.
Но Морис ничего не ответил. После того как все они выбрались из машин, Морис отозвал Данилу в сторону:
– Сейчас мы снимем номер для Фаины Никаноровны, Мирослава подъедет позднее.
Чижов устало кивнул, потом взял под руку Караваеву и повёл её в холл гостиницы, посадил на стул и сел рядом.
– Данила, боязно мне, – тихо сказала женщина.
– Мне тоже, Фаина Никаноровна, – признался Данила, – но мы должны надеяться на лучшее.
– А он правда может помочь Ксении? – Караваева кивнула на Миндаугаса, говорившего о чём-то с портье.
– Правда, – устало вздохнул Чижов и потёр глаза, – он же не один.
– А кто ещё?
– Мирослава Волгина.
– Женщина?
– Да, молодая женщина, можно сказать, девушка, мы учились с ней в параллельных классах.
– Если в параллельных, тогда ладно, – вздохнула Караваева и успокоилась.
Данила посмотрел на неё удивлённо, но спрашивать, что же её успокоило, не стал. И тут двери разъехались в стороны, и в холл вошла Волгина.
– А вот и она, – обрадовался Данила и окликнул детектива: – Мирослава!
Она посмотрела в их сторону, помахала Даниле рукой, но направилась сначала к Морису. Они о чём-то переговорили, вместе подошли к сидевшим рядышком парню и старушке.
– Фаина Никаноровна, пойдёмте со мной, – сказал Морис и протянул Караваевой руку.
– А ты со мной, – обратилась Мирослава к Даниле.
Фаина Никаноровна, уцепившись за руку Мориса, бодро направилась к лестнице, при этом она несколько раз оглядывалась на Чижова и Волгину. Наконец не выдержала и спросила:
– А они будут жить в одном номере? – И добавила: – Я понимаю, что деньги нужно экономить. Но Ксюша, если узнает, расстроится.
– Нет, – улыбнулся Морис, подумав про себя: «И я бы на месте Ксении, да и на своём тоже, не пришёл бы в восторг от такой перспективы». И объяснил Караваевой: – Мы все будем жить в разных номерах. Сейчас мы идём в ваш номер. Вы в нём устроитесь, отдохнёте, и мы пойдём ужинать.
– А они? – спросила бабушка Ксении, кивнув в сторону детектива и Данилы.
– Им нужно обсудить некоторые детали по делу.
– Вот оно, значит, что, – вздохнула Караваева.
Мирослава тем временем решила переговорить тет-а-тет с Данилой. Возможно, это и не имело никакого отношения к делу, но она всё-таки решила выяснить, с какой именно блондинкой обнимался Данила и кто такая излишне услужливая Надя, донёсшая Ксении на Данилу. Не верила она в искренность порывов таких подруг.
Закрыв дверь на ключ, Волгина проговорила:
– Послушай, Чижов, это, конечно, абсолютно не моё дело, с кем ты и где обнимаешься, но ты обратился в агентство и отрекомендовался женихом Ксении Моравской, поэтому выкладывай как на духу – у тебя есть вторая девушка или просто была с кем-то случайная интрижка?
– Какая вторая девушка? – захлопал длинными, как у девушки, ресницами Данила.
– Значит, интрижка, – вздохнула Мирослава, – однако ты влип.
– Постой, Мирослава! Какая интрижка? Я вообще не понимаю, о чём ты говоришь!
