Дверь едва держалась, и в конечном итоге замок с петлями поддались усилиям экзарха. Деревянная рама разлетелась в щепки, и створка повалилась в комнату, придавив Стейнера. Пока он выбирался из-под обломков, на лестнице послышались тяжёлые шаги. Стиснув зубы, Лидия вскинула руки и метнула в Зоркого ещё два сгустка пламени. Но всё оказалось тщетно: снаряды пролетели мимо и устремились дальше по коридору. Зима снёс оставшиеся куски двери, а затем шагнул в комнату.
– Фрейна милостивая! – прошептала трактирщица, затем перекинула ноги через подоконник и соскользнула вниз.
Один из огненных сгустков врезался в стену, а второй выбил дверь в соседней комнате. Под воздействием жара дверь и стена заполыхали, и вскоре таверну охватил пожар.
– Стейнер! – раздался голос Кристофин, едва слышный за криками.
Юноша выпрыгнул в окно, но как только его ноги коснулись крыши, та под тяжестью общего веса задрожала. Марек замер на месте с распахнутыми от ужаса глазами, а Стейнер протянул Кристофин руку, однако тут деревянные балки под ним треснули.
– Вот д-е-е-е-е-р-ь…
Крыша под ним обвалилась.
К счастью, приземление удалось на славу: внизу его поджидал стог сена. Мягким падение, конечно, назвать было тоже сложно, и лодыжки с коленями юноша всё же ушиб, однако выжил и мог держаться в вертикальном положении. Через отверстие в потолке Кристофин скользнула вниз и очутилась бок о бок с любимым.
– Ты как? – спросила она, коснувшись его лица.
– Головой ударился. – Прижав ладонь ко лбу, Стейнер почувствовал горячую кровь. – Где отец?
Приблизившись к дверям конюшни, они услышали крики, а взгляд через щель только подтвердил, что экзарх Зима привёл солдат.
– Плохи дела, – проворчал Стейнер. – Их слишком много.
В ответ девушка промолчала, и, обернувшись, он увидел, что Кристофин уже открыла стойла и надевала узду на лошадей.
– Я не умею ездить верхом! – воскликнул молодой кузнец.
– Тогда лучше тебе научиться, потому что выбора у нас нет.
Едва они взгромоздились на коней, как через щель в потолке спланировал экзарх Зима, который замедлил приземление с помощью колдовства.
– Сам Император благословил меня на это свершение, – спокойно заявил Зоркий. – Пусть же тело моё послужит сосудом, несущим разрушения во имя его.
В это время солдаты распахнули двери конюшни, и всадники тут же стегнули лошадей и стремительно ускакали прочь. На ходу Стейнер взмахнул кувалдой и хорошенько врезал одному из имперцев, повалив врага на колени. Мимо них со свистом пролетали стрелы, в ночном небе виднелся столб дыма. Восточные лисы были залиты огненно-рыжим и кроваво-красным заревом пожара, в то время как они с Кристофин мчались прочь на всех парах, подгоняя напуганных скакунов.
– Где Марек? – закричал Стейнер, но девушка его не расслышала.
Он взмахнул поводьями, и гнедая кобыла, как будто поняв, что от неё требовалось, устремилась вслед за первым скакуном. Всё больше и больше стрел летели вдогонку, рикошетя от каменных зданий или зарываясь прямиком в древесину.
– Отец, – выдохнул Стейнер, пока лошадь уносила его прочь от опасности. Однако о возвращении назад теперь и речи не было.
Кристофин направляла коней по самым неприметным улочкам. Жители распахивали ставни, чтобы поглазеть на солдатский патруль, который обыскивал город и перекликался между собой, и девушка заставила скакунов перейти на рысь, а вскоре и вовсе остановилась в узком извилистом переулке. Лошадь Стейнера, однако, останавливаться и не думала. Напуганная кобыла неслась до тех пор, пока всадник не натянул поводья и не заставил повернуть назад.
Кристофин, с лёгкостью соскользнув с седла, протянула руку юноше, предлагая помощь.
– Я драконий наездник. Думаю, сам сумею слезть с…
Закончить фразу он не успел, поскольку вывалился из седла и рухнул на несколько бочек.
– Думала, мы теперь работаем в команде. Разве ты не так говорил?
– Да, а ещё предупреждал, что бываю дураком. – Стейнер потёр колено. – Прости.
Оба натянули плащи, и самый легендарный беглец убедился, что спрятал кувалду.
– Почему мы спешились? – полюбопытствовал он, взваливая мешок на спину.
– Не хочу, чтобы ты шею сломал. – Они оба рассмеялись, чувствуя нахлынувшую волну адреналина. – А если честно, стук копыт привлекает ненужное внимание. Придётся оставить их здесь.
Привязав поводья к дверной ручке, Стейнер понадеялся, что поутру их найдут.
– Что теперь? – спросила Кристофин.
– Нужно отыскать отца.
Часами они бродили по городу, точно неприкаянные призраки. Они крались по тёмным улицам и с колотящимися сердцами прятались за арками, чтобы не столкнуться с солдатами. Внезапно в нескольких улицах от них раздались крики.
– Это они! Это точно они! – Стейнер выбежал из тени и бросился бежать.
Кристофин окликнула его, но Вартиаинен-младший не оставил иного выбора, кроме как следовать за ним. В ночи ярко полыхало пламя, заливая улицы огненными отсветами, и местные жители выбежали из домов, чтобы поглазеть на пожар.
– Это таверна? – изумилась Кристофин, тяжело дыша. – Мы прибежали туда, откуда только недавно ноги уносили?
