Тьма овладела сердцем их подруги. Отныне она враг, который сметает все на своем пути. Пришло время действовать, но как пойти против того, кто дорог сердцу? Ещё вчера твой друг, сегодня враг. Судьба заставляет принимать решение. Бороться или сдаться, идти по кромке света, или окунуться в пучину тьмы, остаться верным другом или превратиться в ярого противника. Море жизни качает их на волках. Каждому придётся сделать выбор.
Где-то недалеко от вольчей поляны.
— Что ты здесь делаешь? — выдохнул Камиль с совершенно ошарашенный видом.
— Как что? — удивилась девушка. — Тебя пришла повидать. Соскучилась очень. А ты по мне скучал?
— Кики, — прорычал молодой человек, начавший приходить в себя от первого шока, — что, бесы тебя побери, ты здесь делаешь?
— Милый, ты чего, переутомился? — Она приложила ладонь, тыльной стороной к его лбу. — К тебе пришла, говорю же.
— Кики!
Камиль кричал. Маленький зайчонок, что уже давно напился холодной воды, и стоял, переводя свой взгляд с улыбающейся девушки, на выходившего из себя мужчину, отпрыгнул от этого крика.
— Ну вот, напугал малыша. — неодобрительно произнесла Кики и протянула ладошки к зайчонку, который с охотой запрыгнул на руки.
— Ки-ки. — Камиль, видимо, начал сдаваться, так как слова он произнёс шёпотом, опустился на бревно и запустил пальцы в волосы. — Ты представить не можешь, как здесь опасно было находиться.
— Ну, не опаснее, чем в тот раз, когда ты, эээ «расширял территорию» — нашла она подходящую фразу, для объяснения уменьшения количества деревьев и увеличения количества брёвен.
— Что?
— А здесь миленько, мне нравится.
И Кики проделала то, что до этого в пещере, под водопадом. От опущенной на бревно руки потянулись струйки распускающихся цветом, самых разных расцветок, размеров и форм. Возле них выросло два яблоневых дерева, о которое девушка облокотилась, а у её ног куст сочных трав, к которым она опустила зайчика. Камиль усмехнулся и покачал головой.
— Твоя магия прекрасна. Ты создаёшь красоту, а я разрушаю. Я опасен. Моя сила иногда выходит из-под контроля, как и внешний вид.
— Какие глупости.
— Ты не понимаешь. Со мной опасно. Я сам не ведаю, когда наступит пик, и перестану себя контролировать. И самое страшное, меня нельзя убить. Моя кожа не пробиваема. Не берут ни лук, ни стрелы. Я знаю, я пробовал.
Вот значит как. Он пытался себя убить, потому что сам себя боится. И девушка произнесла совершенно уверенно:
— Я тебя не боюсь.
— А должна! Ты просто глупая девочка, верящая в доброту. — Он снова кричал.
— Я неглупая…
В другом месте и в другое время
Чёрные глаза сверкнули лукавым огнём, а на губах заиграла улыбка.
— Лейла, ещё вина, нашему неопоимому гостю. Хорошо, Эрик, чего ты хочешь от меня?
— Можем встречаться и дальше здесь, я буду обучать тебя.
— Но зачем тебе это нужно?
— Не пострадает моя репутация, предположим.
Заливистый смех оглушил тишину.
— Во-первых — твоей репутации пришёл конец, задолго до моего рождения. — Теперь была его очередь смеяться. — Во-вторых — обучение врага, навредит твоей несуществующей репутации куда больше. В-третьих, милый пойми во время войны мы будем напротив друг друга.
— Ты разбиваешь мне сердце. — Притворно схватился за правую грудь Эрик. Чуть помолчав, встал и, взирая на молодой месяц, добавил, — А может, я просто ищу причину для встречи с тобой.
Тень встала, подошла к нему вплотную и, заглянув в серо-голубые глаза, неожиданно поцеловала. Также неожиданно отпрянув, она влепила ему пощёчину. Подопечные вдалеке, сделали несколько шагов в их сторону и остановились. Нарушить приказ учителя, они могут лишь в том случае, если есть угроза жизни, но не более.
— За что? — смеясь и поглаживая щеку со шрамом, последовал вопрос.
— За ложь, конечно. Ты хочешь проводить со мной время, лишь для того, чтобы выведывать планы. Неужели я, по-твоему, настолько глупа?
— Я даже не…
— Не смей, — грубо перебили его и, чуть мягче и игривее добавили, — хотя целуешься ты неплохо.
Дракон рассмеялся.
— Это я ещё не в лучшей форме, и от неожиданности. Повторим?
Ральф
Фигура, завернутая в длинный черный плащ, обращенная в сторону восходящего солнца не замечала, как к ней медленно подкрадывается огромный серый волк. Его разгоряченные от бега лапы ступили на влажную от утренней росы траву, и он остановился. Остановился не из-за усталости или страха, а потому что не ведал, с чего начать разговор.
Длинные темные волосы девушки, колыхал легкий весенний ветерок, но вожак чувствовал, как ее пробивает озноб. Первым желанием было подойти, обнять и согреть, но горькие воспоминания были свежи как утренняя роса.
— Держись от меня подальше! Не приближайся!
— Мариш, что случилось?
— Держись от меня подальше!
Никаких объяснений, никаких утешений. Она ушла. Просто развернулась и ушла.
Сесиль рассказала о том, что именно произошло, но позже. Задолго после того, как он физически ощутил, как что-то внутри сломалось от мысли, что любимая потеряна. Задолго после того, как сердце возрадовалось после ее обнаружение и вновь утонула в пучине боли, когда она ушла. Дикая история, которая до сих пор вызывает сомнение.
В тот вечер, когда девушки пропали, он в первую очередь побежал к целительнице. Зайдя в избу и обнаружив Якобну на руках сестры, бьющуюся в истерике, чуть сам не сошел с ума. Женщина рыдала навзрыд.
