- Так на «тырчик» побросали все остальные вещи и боекомплект и перевезли потихоньку. А до этого целый день все пацаны «Кодекса» тут расчищали. И вроде работа такая, как у дворника, но, когда по тебе кидают ВОГи и мины летают, тут ощущения другие, - заулыбался «Бас». - Ато они там привыкли в тылу, на «Шкере», а тут хоть чуть-чуть понимать будут, как мои целыми днями живут. Ссут, конечно, ужасно. А что делать?
- Так я смотрю, вы уже и медиков перетащили?
- Так тут удобно. За бывшим «Аидом» повернул и сюда прямо на машине подскакиваешь и все.
Я видел, что Серега доволен новым местом чрезвычайно.
- Я хотел сначала с торца «ТМкой» пробить вход отдельный, но пацаны сказали, что им и так нормально выносить раненых, и мы от этой идеи отказались. Мне-то что? Привязал ее к углу, и нет угла. А медиков тоже за раз перевезли. Добра у них много накопилось. И наше, и трофейное. Но все влезло. А сами они пешочком прогулялись. Подобосрались, конечно, некоторые, которые, может, первый раз за два месяца так далеко пошли, но тут без вариантов.
«Бас» сморщился от презрения, как от зубной боли и продолжил:
- Есть тут у меня один... Просто патологический трус! Я уже не знаю, что с ним делать. Ему тут пару недель осталось. Я уже думаю, не буду его трогать. Пусть досидит в подвале и все. Толку от него, конечно, никакого.
- А что он в подвале делать будет?
- Дрова пилить будет. За огнем смотреть. Домохозяйкой будет.
- На Молькино так с поступали «пятисотыми».
- Загнать его элементарно, конечно. Он пойдет - куда денется? Так его зажмурят там. Пусть живет уже осел этот неисправимый.
- Может, наоборот, поверит в себя? Если его отправить на передок.
- Да, было пару моментов. Некого было послать. Ходил, конечно, но он после чуть в штаны себе не ссыт. Тут, понимаешь, физиология. Не дано человеку храбрости. Природа такая. Там раз нужно было идти... А он услышал, что БТР работает. Упал и ноет. Пришлось леща ему дать, чтобы в себя пришел.
- Ладно. Главное, что таких немного.
В первом подвале на заводе был глиняный пол, и убирать там было бесполезно. Пыль въедалась во все и скрипела на зубах постоянно. В этом же подвале был бетонный пол, и поэтому было намного комфортнее, чем на первом «Аиде». Ребята из групп эвакуации стали ходить и пробивать новые маршруты, чтобы им было удобнее и безопаснее ходить на позиции. «Бас» выстроил свою внутреннюю систему логистики из «точек сброса»: они нашли и определили несколько промежуточных мест, где у них находились стратегические запасы, которые пополнялись в спокойное время. На этих точках постоянно лежал груз, состоящий из боекомплекта и воды с едой. Это облегчало работу и ускоряло время доставки необходимого на передок. Из точек сброса создалась логистическая цепочка: от пятиэтажки и до самой последней позиции.
В первую очередь они занимались ранеными, и только после этого всем остальным. Особенно Серегу доставали своим нытьем пенсионеры с «Пивбара»: «А когда нам то? А когда нам се?». На что получали двоечку в голову: «Пока последнего человека не эвакуируем - хер вы что увидите!».
«Танчик», который тогда забаррикадировался в блиндаже и стал «пятисотым», все носил и носил экипировку и боеприпасы со всех новых позиций, которые мы брали. Особенно много он притащил всего из рва, который шел от заправки на запад. За эти первые недели января в этом рву проходили интенсивные бои, и после того, как наши и украинцы умирали и оставались лежать в нем, сверху их перемалывало и перепахивало минами. За месяц он накопал там около тридцати человек противника и огромное количество трофеев. «Танчик» с археологическим терпением откапывал нашу и украинскую амуницию и вытаскивал все, что могло работать на подвал к «Басу».
- Привет, командир, - всякий раз здоровался он, пробегая мимо меня.
- Привет, - радостно я здоровался с ним. - Как сам?
- Да как бы не плохо... - отвечал он, смотря на меня с надеждой и добавлял: - Но хотелось бы уже вернутся в строй.
- Давай с командиром поговорю и решим. Ты, я вижу, исправился давно, да и «Бас» тебя хвалит всякий раз. Кто же нам таскать трофеи будет, если тебя отпустить?
- Да мало ли тут «косячников»...
Я переговорил насчет него с командиром и «Птицей», и его вернули в статус полноценного бойца. Было приятно видеть его, когда он с группой эвакуации передвигался по позициям.
Не прошло и трех дней, и я услышал, как «Древний» вышел на «Баса»:
- «Танчик» «триста»! Тяжелый. Эвакуируем его.
- Выживет? - спросил Серега, который заботился о нем все это время.
- Медики говорят, что есть вариант.
- Андрей, - вышел я на связь. - Срочно его вывозите!
