Когда в подвал привели пленных, которым очень сильно повезло дойти без приключений: шел снег, и из-за него украинцы не могли накрыть их и наше сопровождение минометами. Я мельком взглянул на их осунувшиеся лица и сгорбленные плечи и стал дальше руководить боем, наблюдая, как их укладывают лицом в пол в ожидании представителей штаба. Двоим из них медики стали оказывать помощь, перевязывая осколочные ранения, полученные ими в блиндаже. Через тридцать минут из штаба приехал старшина взвода, чтобы лично допросить их и этапировать после первичного допроса дальше в тыл. Он взял себе в помощники «Баса» и стал проводить первичный опрос.
- А чего это у вас так перегаром несет? - удивился наш старшина, оглядываясь по сторонам.
- Так это от этих, - кивнул в сторону пленных «Бас».
Несмотря на то, что в подвале стоял густой запах, состоящий из аромата буржуйки, давно не стиранных вещей, медицинских препаратов, кофе, табака и человеческих тел, с приходом пленных в помещении повис дух вчерашнего алкоголя не лучшего качества. Перегар перебивал все запахи, отравляя собой воздух. Дополнительным бонусом, который помог нам в штурме «Острова», стал жесткий бодун, в котором находились все украинские военные.
- Вот это газовая граната! Да, Серега? Не то, что твоя, которую ты там распылял, - пошутил я, подходя и здороваясь со старшиной.
- Кто старший? - громко крикнул старшина, как будто думая, что украинцы глухонемые и не могут его услышать.
- «Констебль», у тебя переводчик есть?
- Я... Я старший. Старший лейтенант, - подал голос один из пленных.
Его по команде старшины быстро подняли и посадили на стул.
- Ты командир этой группы?
- Я. Позывной «Горыныч».
- «Горыныч»? То-то я смотрю от вас так и несет паленым! -заржал старшина. - Не ссы, «Горыныч», с вами теперь все будет в порядке. Откуда?
- Харьковская тероборона. Мобилизованные.
- Сколько лет?
- 1970-го года рождения, - глядя исподлобья ответил он.
- Срочку где служил?
- Нигде. Я учился, когда СССР развалился, и получил лейтенанта уже в Украине.
- Ладно. Разберемся. Поднимите всех, - приказал старшина.
Он стал, не спеша прохаживаться мимо строя пленных, расспрашивая их и задавая невинные вопросы. Шестеро из них были в возрасте, и только один был помладше и отвечал на суржике - смеси украинского и русского языков. Сначала он стал немного дерзить, но после того, как старшина заметил ему, что с таким гонором обычно долго не живут, он испугался.
- Хлопцы... Та я гхотов сотруднычать. Тильки нэ вбывай-те, - затараторил он.
- Молодец! - похвалил его старшина. - Умный парень. Сколько вас там еще на «Острове»?
- Може двадцать, може двадцать пьять. Не билыпе.
Старшина посмотрел на меня, давая понять, что работы еще много.
- Ладно. Грузите в мой «Патриот» лейтенанта, и того бойца, - указал он пальцем на молодого.
- Могу только этих забрать. За остальными через час приедут. Документы и личные вещи тоже заберу.
Старшина забрал гаджеты и их ксивы и уехал в Зайцево.
Глядя на этих возрастных мужиков, я вспомнил передачи, которые смотрел отец в 2014-м году про то, как начинались «Майдан» и гражданская война на Донбассе. Вспомнил, как переживал из-за этого отец, как стали портиться отношения с украинской родней, которая стала обвинять его в агрессии России. Вспомнил многотысячные митинги в Харькове в поддержку России. «Интересно, что бы было, если бы мы тогда защищали не только Крым - нашу стратегическую базу военно-морского флота в Азовском и Черных морях, но начали бы СВО? Как бы разворачивались события и за кого бы сейчас воевали эти мужики?» - думал я.
Вопросы были риторические, но хотелось пофантазировать о том, что Харьковская область точно была за Россию и нужно было ее забирать тогда.
В подвал вернулся довольный, раскрасневшийся «Горбунок» и сел пить чай. Я слышал, что он был на позициях и хотел расспросить его лично о том, что там происходит. Сам бы он вряд ли стал рассказывать подробности. Володя вел себя в бою как гусар и был скромен и лаконичен как спартанец, когда дело доходило до рассказов. Но уж если он начинал рассказывать, это было красочно. Он просто нуждался в первом уточняющем вопросе.
- Ну, как там мои? Закрепились? - издалека начал я.
- Да, нормально. Помог им там немного с последним блиндажам. Уперлись в него и не могли пробиться.
- И что получилось? - продолжал я выпытывать у него детали.
- Да я тут ходил, ходил. Слушал, слушал, как они взять ничего не могут. И решил помочь им.
- А мне-то почему ничего не сказал?
- Так я командира спросил, он разрешил. Я и взял вместо автомата РПГ и гранат и побежал туда с парой бойцов. Разведал там, в чем проблема. Они мне говорят, мол, не могут выбить хохлов из блиндажа. А ты же знаешь, я хорошо навскидку работаю с гранатомета. Рассредоточил их там по секторам, дал команду подготовиться штурмовой группе и кладу два выстрела прямо в блиндаж. Разношу все к ебеням! Командую: «На штурм»!
- Ничего себе. То есть вот они там толкались, толкались, и тут ты раз на белом коне и все пошло-поехало!
