- Да и эти молодцы. Говорят, пока ходили за «двухсотым», включились в штурм, и два дома забрали, - с гордостью за своих бойцов сказал Серега.
Он, как и «Хозяин», был рад храбрости бойцов, из которых состояла его команда. Он смотрел вслед удаляющейся группе эвакуации и всем своим существом показывал, что переживает за каждого из них. Несмотря на всю свою жесткость, Серега был очень добрым и сопереживающим человеком, душой болея за тех, кто был достоин его уважения.
- Работа, конечно, адская. Но они видят, что и я здесь, на передке, и поэтому лучше меня не выводить из себя трусостью.
Он посмотрел на меня.
- И тогда все будет хорошо у нас. Так что такие дела.
- Согласен, - ответил я и улыбнулся. - Пошли дальше.
Мы шли между разбитых и сгоревших домов, и я удивлялся тому, что нас не заметили ни «Пегас», ни группа эвакуации. Эта часть домов была абсолютно пустынна, и если бы украинцы ночью незаметно заползли сюда с фланга, на котором они рубились с «Пятеркой», то легко могли бы вернуть себе этот участок. Из-за быстрого продвижения и потерь нам приходилось подтягивать тыловые группы и быстро бросать их в бой, не создавая сзади укрепов, насыщенных личным составом.
- Мы бы с тобой легко могли снять тут незаметно всех наших фишкарей, а остальных закидать гранатами. И все. Зайти ночью оттуда, - я показал на запад, где были украинцы, -и опять занять позиции. Нужно «Горбунку» сказать, что тут нужно усиление, чтобы нам фланг не подрубили.
- Согласен, - не оборачиваясь сказал «Бас». - Не пользуется противник прорехами в нашей обороне.
Зайдя в дом, я по мелким деталям почувствовал гнетущую боевую атмосферу. Валялись две каски наших бойцов, украинский бронежилет в крови, много гильз и оберток от пачек с патронами. Внимательно осмотрев помещение и проверив подвал, мы двинулись в следующий дом. Спуска в подвал не было, и я на всякий случай крикнул вниз: «Есть кто в подвале?». И, не получив ответа, закинул туда гранату. В доме валялось штук двадцать коробок от «Мавиков» и были разбросаны ящики от БК.
- Вот откуда они запускались.
- Да. Точка тут была. Столы к окнам придвинуты и диваны. Может, и пулемет отсюда работал. Судя по гильзам.
В следующем доме я нашел разорванный украинский бронежилет и услышал по рации, что наша группа нашла «Кабзика» - одного из пропавших без вести бойцов. Оставалось найти еще двух, один из которых при первом штурме упал в подвал. Он должен был быть в следующем доме, который я видел из окна. Подойдя к окну ближе, я увидел фрагменты тела - ногу с торчащей костью - и автомат.
- Я что-то нашел, - сказал я Сереге, который осматривал дом внутри. - Нога торчит с костью. Ее, видимо, оторвало ему. И автомат.
Я стал мысленно строить маршрут, как можно было бы подобраться ближе к останкам, и увидел мину ОЗМ-72, привязанную к электрическому столбу.
- Нужно бы ее тротилом подорвать, чтобы другой кто-то не подорвался.
- Здорово. А я только хотел обойти вокруг, - заговорил «Бас», подходя ко мне.
- Да, я сам сейчас гляну.
Не успел я выйти из дома и вдоль стенки продвинуться ближе к этому месту, как раздался взрыв польской бесшумной мины, и я почувствовал сильный удар в левую сторону головы. Ощущение было такое, что мне кто-то сильно зарядил ногой по лицу. Один раз на срочке меня били трое дембелей за дерзость в их адрес, и ощущения были примерно такими же. Это был нокдаун, и я поплыл от этого удара. Лицо моментально перекосило и речь стала смазанной.
- Ой, блядь! - заорал я и стал сдерживаться, чтобы не орать сильнее. - Серега! Серега! - стал я звать «Баса» чтобы он посмотрел, что со мной.
Шатаясь, я вернулся в дом, и он стал меня осматривать.
- Осколок торчит прямо над бровью. Давай достану и перемотаю голову.
Он стал искать мою аптечку.
- Нельзя вытаскивать! - вспомнил я курсы медицинской помощи.
- Я же тебе говорил, что он в нас кидает, а ты говоришь не в нас. Пристрелялся, сука. Сейчас перемотаю, и в подвал пойдем, пока не прилетело что-то тяжелее.
Пока «Бас» перематывал мне голову, рядом прилетело еще несколько мин. Мы вышли на связь с «Горбунком» и доложили, что нашли «двухсотого» и что я ранен. В момент доклада одна из мин разорвалась прямо возле входа, ранив Серегу в ногу ниже колена, в икру. Мы поменялись местами, и я из раненного, которому он оказывает помощь, превратился в того, кто должен оказать помощь товарищу. Мы быстро переместились в глубь помещения, и он стал осматривать себя и перематываться. Кровь толчками выливалась из раны. Достав свою аптечку, он прижал рану гемостатиком и наложил на нее жгут. Мы приняли решение перебежать в соседний дом, где подвалы были надежнее, и, переждав обстрел, выдвигаться назад. Группа эвакуации, видимо переживая за нас, хотела выдвинуться сюда, но мы запретили им это делать и решили выползать сами, чтобы не рисковать группой. Как только мы заскочили в подвал, у его входа разорвалась одиночная мина, не причинив нам вреда.
- Из подствольника херачат, наверное. Был бы АГС, они бы нас очередью накрыли.
- Меткий, сука, хохол! Нормально навесиком бьет.
