Конный марш, то еще приключение. Хочу машину. Не надо иностранных внедорожников. Согласен на Ниву. Про полет на самолете можно даже не упоминать. Летательные аппараты пока выглядят совсем ненадежными и встречаются с большой редкостью, хотя у того же Самсонова во второй армии должен быть свой авиаотряд, если он его не угробил. С него станется. По крайней мере, немцы точно сбили несколько единиц техники с важными донесениями.
Конный марш в солнечный день и пыль от копыт лошадей прервал гул самолета-разведчика.
— Смотрите, кружится над нами. Самолет-то немецкий, похоже, — первым заметил чужую «птичку» унтер Паршин, показывая рукой в небо.
Если про нас донесут, то пиши пропало. Когда немецкий пилот решил снизиться, чтобы посмотреть поближе на перемещающиеся внизу войска или сбросить бомбу, я понял — пора действовать.
— Дай винтовку!
— Дак далеко ведь…
Унтер непонимающе смотрел на меня.
— Дай винтовку и увидишь сам.
Почувствовав в руках винтовку, я засомневался в собственных силах. Надо успокоиться, настроиться и нажать на спусковой крючок. Глубокий вдох, прицел и выстрел. Первое попадание было в корпус, второе попало в крыло, а вот третий выстрел прямо в летчика. Могу поклясться, что на секунду картинка с самолетом приблизилась, и я увидел полет пули. Чертовщина какая-то.
Самолет, потеряв управление, начал падать вниз и вскоре разбился где-то в лесу, куда сразу же направился конный отряд.
— Хорошее оружие. Зря говорят, что плохая винтовка. Держи, унтер.
Паршин принял свое оружие с таким видом, будто я ему шашку георгиевскую вручил.
— А у вас немало талантов, Дмитрий Павлович, — подкрутил усы генерал Гурко, что позже догнал нашу колонну.
— Просто хороший глазомер и толика везения. Не нравится мне, что немцы проявляют активность рядом с нами. Как бы не попасть в засаду.
Гурко не успел ответить, как к нам прискакал встревоженный офицер.
— Впереди замечен пехотный отряд противника.
Чем дальше мы отходим от расположения второй армии, тем больше шансов встретить «гуляющий» где-нибудь рядом армейский корпус противника. Правда, после уничтожения первой кавалерийской дивизии у немцев стали намного хуже обстоять дела с конницей. Мобильность наше спасение.
— Арьергард отступающей восьмой армии?
— Скоро узнаем, — ответил Гурко и начал отдавать приказы стоящим рядом с ним офицерам.
Недолгий бой драгунского полка с пехотной ротой закончился нашей победой. Из полученных от пленного сведений узнали, что рота приписана к первому резервному корпусу Белова, что сейчас действовал на данном направлении вместе с семнадцатым корпусом Макензена. Весело. Причем второй генерал сильный противник как по числу личного состава, так и как полководец.
Разослав разведку во все стороны, мы вошли в Агенбург, где быстро уничтожили небольшой гарнизон противника и железнодорожную станцию. Попутно уничтожая полотно. Сам Гурко в нашей истории сделал это только через несколько дней, после чего повернул на север. Нам же надо направиться на запад ко второй армии.
Еще одно серьезное изменение в том, что по нашим следам двигалась первая армия Ренненкампфа почти на неделю раньше, чем в реальной истории. Сильное решение генерала, который смог с моей небольшой помощью задавить свои обиды и страхи. Лишь бы он и дальше смог выдержать прессинг от Жилинского и Николая Николаевича Романова.
После марша кони устали, а в Растенбурге, который был уже совсем близко, могли быть подразделения противника, поэтому мы остановились в небольшом селе на ночевку, чтобы на следующий день совершить еще один марш-бросок до Бишофсбурга.
На следующий день разведчики нашли немецкую армию, которая двигалась в сторону Бишофсбурга. Шестой корпус генерала Благовещенского, как и Самсонов, еще не знают, кто идет к ним в гости. В сам город наши передовые конные части входили уже в темноте, избежав встречи с семнадцатым корпусом. Нас с генералом Гурко без проблем пропустили в штаб, но самым большим подарком было то, что нас здесь ждал сам Самсонов. Василий Иосифович не стал заходить со мной к Самсонову, а остался с генералом Благовещенским обсуждать текущую обстановку.
— Ваше императорское высочество, рад вас приветствовать. Генерал Ренненкампф передал через шифрограмму о своем особом посланнике, но я никак не думал, что в этой роли выступите вы. Зачем разводить тайны и пересекать огромное расстояние, привлекая для этого конную дивизию? — сходу задал вопрос Самсонов.
Александр Васильевич Самсонов типичный царский генерал с шикарной бородой времен Александра III. В военной карьере добился всего сам без высоких покровителей. Участник Русско-турецкой и Русско-японской войны он не понимал, что в этот раз война будет идти другими масштабами.
