— А ты выбегать не пробовал? — съехидничал Тоха. — На присядках, гусиным шагом. Если играть не умеешь так и скажи.
— Ты тоже не во всех играх хорош. Давай вместо козла в преферанс сыграем? Умеешь? — спросил Юра.
— Ну, там все сложно, считать надо, писать чего-то. Я на компе когда-то давно пытался играть, но так и не вкурил до конца, — ответил Тоха.
— Потому что это благородная игра, в которую еще со стародавних времен только аристократы играли! — важно произнес Юра.
— Вот теперь, князь Юрий изволит нас обучить тонкостям благородной игры, — пафосно произнес Тоха. — Не так ли, князь?
— О чем ссоритесь уже? — поинтересовалась Пчелка, входя в комнату. Она была только из душа, и в этот раз тюрбан из полотенца на голове смотрелся уместно.
— О занятиях, приличествующих благородным джентльменам, — сообщил я. — Вот сейчас князь Юрий и виконт Антон как раз собираются устроить дуэль по этому поводу.
— Дуэли надо из-за прекрасных дам устраивать, — философски заметил Вова. — А карточные игры это как-то мелко.
— Да, дуэли из-за дамы это очень романтично, — согласилась Беговая. — Но если бы из-за меня устраивали дуэль, я бы лучше каждому ляжку сама прострелила, чтобы дурью не маялись, а занялись чем-нибудь полезным.
— В этой фразе вся ты, — сказал я. — Надо записать в золотой фонд цитат.
— Чем болтать попусту, лучше чаю организуйте, — принялась раздавать указания Пчелка. — Я сейчас пряников принесу, есть в запасе.
Она вышла из комнаты, а Юра закинул кипятильник в кастрюльку, служившую чайником. Остальные принялись разыскивать свои чашки, ложки и прочую мелочь. Тумбочку освободили от карт и принялись сервировать к чаепитию.
— Надо было за булочками в пекарню прогуляться, — сказал Тоха.
— Жрать на ночь вредно! — заметил я.
— Кушать всегда полезно, — согласился с Антоном Вова. — Но идти куда-то лень. Хорошо, что есть пряники!
— Ешьте, будете толстыми и красивыми, — гостеприимно предложила Пчелка. — Будет у нас четыре толстяка.
— Три толстяка и Тоха, — поправил я. — Этот заводчик глистов-чемпионов сколько не жрет, все равно худой как жердь.
— Не завидуй! — огрызнулся Тоха. — Ты просто мало двигаешься, а поесть любишь. Спорим, через десять лет на борца сумо будешь похож?
— Смотря, как жизнь сложится, — философски заметил Вова. — Может, жрать нечего будет через десять лет. Будешь бомжом на вокзале работать, стройным таким.
— Я думаю через десять лет в каком-нибудь секретном НИИ работать, — размечтался я. — Разрабатывать геномодифицированных коров с многоплодием как у свиней.
— Безумный профессор, — хихикнул Экономист. — Не забудь смесь бульдога с носорогом вывести.
— А ты куда работать пойдешь, когда закончишь? — поинтересовался я. — Рыбу в море лечить?
— Чё сразу рыбу? — обиделся Юра. — Я бы в дельфинарии с удовольствием поработал, у нас там есть неподалеку. Но из реального, конечно, на рынке работать или на мясокомбинате. Вот где уж точно не похудеешь.
— К гадалке не ходи, — согласился Вова. — Я тоже думаю в госветслужбу податься. Или на рынок, или на бойню. В нашем краю еще молкомбинатов много, там тоже надзор требуется. Но уж если о мечтах говорить, то я хочу свой питомник затеять, охотничьих собак разводить, таких, чтобы рабочих, а не диваны пролеживать.
— Знаешь, в какую сумму тебе такой питомник выльется? — поинтересовался Антон. — Даже если всех щенков продавать — в ноль выйдешь в лучшем случае.
— Как-то же у людей получается… и я смогу, — огрызнулся Вова. — А ты сам чем займешься, когда закончишь?
— Пойду в клинику работать, как и собирался, — ответил Тоха. — У меня неподалеку от дома есть, они меня ждут. Я, еще когда в школе учился, ходил туда смотреть и помогать по-мелочи.
— А потом что? Свою клинику откроешь? — поинтересовался Юра.
— Может и открою, как дело пойдет, — ответил мой товарищ. — Но я как-то об этом не мечтал пока. Я думал опыта наработать и перебраться куда-нибудь. В Европу или в Австралию. Куда-нибудь подальше от всего этого говна.
— Хорошо там, где нас нет, — заметил я. — С одной стороны, мир посмотреть интересно, с другой — переезжать куда-то я лично не готов.
— Скажи лучше, что тебе языки учить лень, это больше на правду похоже, — вступила в разговор Пчелка, которая до этого молча пила чай, думая о чем-то своём.
— А ты чем займешься, когда закончишь? — спросил её Юра.
— Не знаю. Правда, не знаю, — ответила Беговая. — После смерти отца мне толком некуда возвращаться, да и работы по специальности дома тоже нет. Поеду куда-нибудь, на новое место и начну все с нуля.
— Девушкам проще, — сказал Тоха. — всегда можно выйти замуж и все как-нибудь образуется.
— Нихрена это не проще, — неожиданно завелась Пчелка. — Выйдешь замуж, все будешь делать ради мужа, дом, очаг, дети. А он возьмет и уйдет к другой или умрет вообще. И все, жизнь рухнула. Нет, нужно быть полностью самообеспеченной и ко всему готовой. А вот тогда и замуж можно!
— В свои пятьдесят лет и с сорока кошками, — съехидничал Юра. — Сколько лет на это потребуется? Это вон у Ленки разве что получится, да и то, пока папик её жив.
