Деревья как деревья, и кустарники, хоть и колючие, но самые обыкновенные. Совсем не страшно. Ну, почти. Я встала и медленно побрела к тропинке, которую с пригорка, куда, оказывается, забралась, было хорошо видно.
- Марк, ты меня слышишь? Я рядом с нашей тропинкой, ведущей к заливу. Иду к ней.
- Молодец, мы с Лулу уже близко, держись!
Ободрённая его словами, осторожно продвигалась вперёд, но тут у меня закружилась голова, и я упала. Как-то слишком резко потемнело вокруг. «Опять кто-то ворожит», - поняла я, собралась с силами и, встав на ноги, пошла вперёд. Но зацепилась за кустарник, выросший, казалось, из-под земли. Шуба упала, и я сразу потеряла её из виду. Словно кто-то подхватил её и унёс от меня подальше.
Я упрямо пробиралась вперёд и расцарапала руки и ноги, разорвала платье.
«Ну вот, приехали. Всё происходит, как во сне, - подумала я, - где же Лу и Марк? Они уже должны были быть здесь».
И тут меня словно сковало: я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Только сильнейшая слабость и чувство обреченности. А ещё нежелание бороться с неизбежным. Надо просто успокоиться и повиноваться...
«Я должна повиноваться? Кому? Что за идиотская мысль! Да ни за что на свете! Хочешь, чтобы я сдалась тебе, придурок? Ты меня плохо знаешь», - я так разозлилась, что сковавшее меня «нечто» рассыпалось. Теперь я была свободна и могла двигаться.
Осмотрелась. Шуба валялась в двух шагах от меня, порванная и странно потрёпанная.
- Мусенька моя, похоже, и тебе досталось! - приговаривала я, натягивая на себя шубу, - ничего, дорогая, потерпи. Вот сейчас разберусь с этой «заразой», а потом дома тебя зашью. Будешь ещё лучше, обещаю.
В ответ шуба жалобно мяукнула. Я нежно погладила её.
- Муся, приведи меня к Лу и Марку, пожалуйста!
И сразу поняла, куда надо идти. Моя Муська никогда не подводит.
Я шла немного в сторону от первоначального направления. Было очень тихо, хотя солнце уже вставало из-за леса, птицы должны были петь. Усердно вертела головой, пытаясь разглядеть друзей, но заметила их не сразу.
Они стояли рядом друг с другом, повернувшись лицом в одну сторону. Точно так, как в моём сне: Лу - в ночной рубашке, Марк - в джинсах и футболке, вывернутой наизнанку. Бедные мои! Так спешили мне на помощь... Они молчали и не двигались, но я чувствовала их напряжение. Ощущала, что они с кем-то борются изо всех сил, и этих сил у них осталось не так много.
Я развернулась и посмотрела туда, куда были направлены взгляды моих друзей. Просто темнота, даже не тень, а бесформенное пятно. Было такое чувство, словно у меня резко упало зрение: всё было нечётким и колебалось, как мираж в пустыне.
«Хорошо маскируется, гад, но это ему не поможет. Во сне я была беспомощная девочка, скованная заклинанием. А теперь - ведьма и свободна. Может, и неопытная, и не очень сильная, но кое-что тоже могу. Сам сейчас увидит!»
Гнев нарастал, а я знала, что с ним растёт и моя сила. В тот момент даже не подумала о том, кто был в моём сне главным злодеем - папа. Теперь я была уверена, что не он пытается убить Лу и Марка. Папа принял Лу, как младшую сестру, и Марка, пусть и проблемного, но брата. Которого, к тому же, я очень люблю. Он ни за что не стал бы причинять всем нам боль...
Тогда кто же этот негодяй? Некогда гадать, пора показать свою силу...
Я собралась и ударила по тому, кто прятался в тени. Ударила так сильно, что отдачей меня отбросило к ближайшему дереву и здорово приложило о него затылком. Зубы клацнули от удара, и во рту стало солоно. Голова болела и кружилась, я снова не могла пошевелиться. Оставалось только бессильно наблюдать за тем, что происходило в двух шагах от меня.
Первой упала Лу, Марк даже не повернулся к ней, он не мог перестать сражаться. Но теперь, когда он был так близко, я разглядела, как упрямо сжаты его губы, а глаза полны слёз.
Я должна была хоть что-нибудь сделать. Кое-как встала на четвереньки и подползла к Лу. Меня шатало, как при сильном ветре. Моя вечно жизнерадостная подружка лежала на спине и смотрела в небо. Из ушей стекали струйки крови, рот был приоткрыт, словно она в последний момент пыталась мне что-то сказать. Я прощупала её пульс, но у меня так дрожали руки, что ничего не получалось. Звала её по имени, тормошила, умоляла очнуться и не умирать, но на этот раз Лу не слушала меня.
В ужасе я посмотрела на Марка, бледного и уставшего: жилки на его виске вздулись от напряжения, в глазах была боль. А потом он медленно упал на колени, последним усилием протягивая мне руку. Подползла к нему, когда он завалился на бок, схватила за руку и стала разжимать пальцы. Я уже знала, что искать - вот оно, кольцо, не только приносящее успокоение и веру в себя. Кольцо, от которого мы все сегодня умрём...
Прежде чем надеть его на палец, я наклонилась к Марку, убрала волосы с его лица и осторожно поцеловала в губы. Теперь не до условностей. Затылком почувствовала, что кто-то приближается ко мне. Я подняла голову и чуть не закричала от страха. Папа?
