Горло лизнул фантомный язык. Только потому Анджей успел отклониться, и луч чистого жара, прилетевший из темноты, не убил его на месте. Только проделал дырку под ключицей. Пип! Еще одно призрачное касание. Новый выстрел. Но в этот раз не было эффекта неожиданности – увернуться удалось полностью. Перекат, второй, третий. Все мимо! Ха! Постепенно он смещался поближе к противнику… и тот отвечал тем же. На границе света и тьмы показался силуэт с поднятой рукой. Чутье забило набат. Чародей едва успел подхватить валявшийся на песке баул и прикрыться им, как тот тут же разнесло в клочья. Ударная волна едва не сбила с ног. Холера! Рывок вперед. Ладонь врага прямо перед лицом. Ее уже освещают собирающиеся воедино языки пламени… Шулер рухнул на колени – взрыв прогремел над головой, снеся шляпу и опалив волосы. Падла… Рука нырнула за пазуху. Два взмаха – и нож рассек обе бедренные артерии. Горячие капли попали на лицо. Вверху раздался вскрик. Анджей вскочил на ноги, быстрым движением перерезал горло и восходящим ударом локтя сбил наземь. Придавил несколькими «щитами веры», не давая пошевелиться, пока ведьмак не истек кровью.
И только тогда позволил себе почувствовать боль. А та была адской! Пипанный ж ты пип! Тихо матерясь, он поспешно сплел пальцы в нужный знак и наложил «внушение Гипноса». Сразу полегчало. Ненамного, но хоть мыслить стало возможно о чем-то помимо нецензурных эпитетов. Фух…
Чародей посмотрел в остекленевшие глаза поверженного противника. Человека. Он только что убил человека… но не чувствовал ничего особенного. Может, так и должно быть?.. Раз уж он давно привык убивать разумных существ, пусть и демонов? Не говоря уж о самообороне… Или это влияние эзотерики? Последствия распада личности? Как теперь понять, где он настоящий, что он потерял, что забыл?..
Неосторожное движение плечом вызвало шипение сквозь зубы. Шулер аккуратно снял пальто с рубашкой и осмотрел рану. Мда… Дыра с палец диаметром прямо под ключицей. Сквозная. Но, к счастью, все же не опасная. Чудовищный жар буквально запек плоть по краям, препятствуя как потере крови, так и заражению. Да и не задето ничего важного… болит, конечно, жутко, но в этом плане все могло быть куда хуже.
Правда есть, как говорится, нюанс. Повреждения-то выглядят знакомо. Точно такие же дырки были вместо глаз у Казимира Монастырски – фанатика и бывшего студента АМИ с ручным гигантским огненным петухом, которого убили прямо в Штаб-квартире Псов Господних. Анджей вновь посмотрел на мертвеца. Тот, очевидно, был одним из контракторов Инквизиции, упомянутых дедом.
…
Да что за напип тут творится?!
Чародей помотал головой, вновь поморщился, оглянулся в поисках шляпы… и похолодел. И от нее, и от зеркала внутри остались лишь пепел да обугленные куски чего-то невнятного. Как и от баула, а главное – хранившихся в нем припасов. Ой, пи… Он таки остался без еды и воды в Нави. Опять, мать вашу! В город вернуться нельзя, там стая волкодлаков, мечтающих разорвать его на куски, а до точки «перехода» в Явь несколько недель пути…
Да ну за что?!
?? ???, ????
Шулер брел через пустыню. Прошло… сколько? Несколько дней? Недель? Или лет… Плечо горело огнем. Запаса поддерживать обезболивающее заклинание не осталось давным-давно. Ног он просто не чувствовал уже… без понятия как долго. Во рту вместо слюны какая-то мерзкая белесая пена, губы растрескались до лохмотьев…
Без причины колени вдруг подогнулись. Анджей кулем повалился на кроваво-красный песок. Перевернулся на спину. Глаза уставились в бездну пылающего неба над головой. Все. Конец. Баста. Приехали. Холера. Он сдохнет от жажды с желудком, пожирающим самого себя, в одиночестве посреди адской пустыни. И при этом не может даже уснуть, чтобы хоть как-то облегчить ожидание конца…
«Не может уснуть…» – засвербела мысль под черепом.
Собрав последние силы, чародей поднялся на четвереньки и дрожащей рукой провел черту на песке. Вообще… в Нави это невозможно… их создавали на основе Небесного Соглашения… только в качестве второй стороны договора… использовали инфополе планеты… а из Ада до него не добить… Но «переход». «Переход» связал его с ноосферой Земли. И пусть брешь в Печати пип знает где… он сможет до нее дотянуться. Да, все может получиться… это… это может сработать…
Он поднес ладонь ко рту. И, потеряв точку опоры, зарылся носом. Кое-как, извернувшись, все же дотянулся зубами до большого пальца, прокусил до крови. Обжигающая жидкость заструилась по потрескавшейся коже. Закапала вниз, окропляя линию на земле. И Шулер, с трудом проталкивая воздух через пересохшее горло, принес новые Обеты. Не есть. Не пить. Вдоль позвоночника пробежали знакомые мурашки. Получилось. Жажда и голод, конечно, никуда не делись… и уже никогда никуда не денутся… но, по крайней мере, теперь он не может умереть от них.
С третьей попытки Анджей наконец-то встал. Пошел дальше. У него еще очень много дел.
***