Погоди — погоди, Рокайо, ты это о ком!
О нём! О герцоге! Этот… охотник сегодня встал, как… Впрочем, это он и есть!
Я поняла, — зевнула Арьяна, — уже вечер, Айо. День был заполошный. Иди-ка ты поспи. Я сегодня после твоего ухода ещё раз сама сходила и проверила все ловушки и следы. После тебя у Врат никого не было. Только стая сумархов пробегала шагов за двадцать. А запрос я отправила. И если такого человека не существует, мне ответят уже дней через десять. Да, скажи мэтру, чтобы поторапливался домой. Спокойной ночи, Айо…
И глава спокойно закрыла мне перед носом дверь, чуть не прищемив его.
Обратно я брела в каком-то раздрае. Не померещилось же мне? Именно так, резко, в одно движение, всегда вставал герцог из-за стола. Хотя… Сколько всего раз я видела это? Раз пять? Может, я просто ошиблась? Я уже почти дошла до дома, как чуть не столкнулась с предметом моих подозрений. Рыжий охотник шёл, видимо, навстречу, а я стукнулась об него плечом.
Извините! — я хотела уже обойти его, но он вдруг схватил меня за руку, развернулся и пошёл со мною обратно. — Я сама! — попыталась вырваться, но хватка у мужчины была крепкой. Так, за руку, меня и ввели в дом.
Мама! — встретил меня Бертин. — А мы с Фэйлендом приготовили ужин! Все ждут только тебя! Ты куда ушла? Фэйленд вызвался тебя поискать.
Я хотела повесить плащ, но рыжий охотник взял его у меня из рук и повесил. Затем разделся сам. Я сделала шаг на кухню, и увидела красиво сервированный стол, отца и мэтра, сидящих рядом и пьющих что-то горячительное из пузатой бутылки. Охотник выдвинул мне стул, и я села.
Мэтр, Вам просили передать, что Вас ждут дома. Как там Ави?
Она уснула, — мэтр нахмурился. — Ничего, подождут. У нас тут с твоим отцом, Айо, занятный разговор вышел по поводу некоторых новинок при дворе.
Я потянулась к супнице, чтобы снять крышку и налить супа, но охотник опередил меня. Он ловко разлил содержимое по тарелкам, а потом также ловко нарезал хлеб. Его движения были чёткими и выверенными.
“Нет, герцог так бы не смог”, - подумалась мне, и я немного успокоилась.
Ужин прошёл странно. Мэтр и отец продолжали тихо переговариваться, что-то обсуждая, а вот охотник… Он старался не смотреть на меня, помогая за столом Бертину, но взгляды его на себе я время от времени ловила. Странные взгляды. В них была смесь удивления, восхищения, нежности и страсти. У меня ложка порой застывала около рта, но я заставляла себя есть. Мне нужно было думать и о ребёнке, что я носила под сердцем.
…Рокайо? — голос отца вывел меня из задумчивости.
Да, отец? Прости, не услышала, — отец лишь хмыкнул, коротко взглянув в сторону рыжего.
Рокайо, рассуди нас с мэтром Сильвом! Вот как ты думаешь, могли бы где-то в природе, в другом мире, конечно же, появиться существа, как бы люди, но всё же нет?
В каком смысле, отец? — я недоуменно взглянула на мужчин. Что за ерунда иногда приходит им в голову?
К примеру, с чешуёй, или там, с крыльями, а глазами и ртом, как у жужелицы…
Фу, какая гадость. Откуда это вы только такое берёте?
Вот и я говорю, что такое противоречит законам, чтимыми сами Богами, а вот мэтр утверждает…
А я утверждаю, что такое вполне себе допустимо! И где-то, на окраине божественной Ойкумены вполне могут себе обитать разумные жужелица или ползуны!
Я даже боюсь себе такое представлять, — ответила я. Бертин же сидел, открыв рот и слушая деда с гостем.
Потом я увидела, как охотник что-то быстро-быстро строчит на своём листке. Затем он передал его моему отцу. Тот прочитал и нахмурился.
Люди — рыбы? Как это?
И охотник начал рисовать. Быстро, несколькими штрихами, он изобразил фигуру человека до бёдер, а внизу — рыбий хвост с раздваивающимся плавником. Несколькими штрихами он подрисовал за ушами странные полосы, волос у существа не было, но взгляд… Фэйленд изобразил осмысленный взгляд у этого существа, который не давал и мысли сомнения в том, что это существо было разумным.
Вы видели такое? Где? — активировался мэтр. Охотник же неопределённо махнул рукой. А потом написал ещё что-то. Мэтр выхватил листок, а потом бросил его на стол, не скрывая разочарования.
Что там? — спросила я у него, но мэтр только покачал головой. Я подняла листок со стола и прочитала: “В старинной рукописи”. — Это могла быть просто сказка!
На мои слова охотник только усмехнулся.
Уже вечер, пора расходится, — напомнила я отцу. — А Вас, мэтр, ждут дома. Давно уже.
Ну, дочь… сейчас!
Ну, мам… — оба моих мужчины не хотели понимать, что пора ложиться спать.
Нет, мне ещё покормить Авидею, и нам с тобой, отец, ещё её поворочать, чтобы я смогла её обтереть.
Мамочка, но она уже спит!
Ничего, разбудим! Если больных не перекладывать с бока на бок, то могут образоваться язвы. Мы же не хотим этого для Ави? Правда, Бертин?
Фу… Язвы — гадость!
Иди тогда, мой шею и ноги и укладывайся спать!
Я услышала, как мэтр обращается к рыжему охотнику:
Пойдёмте! Хозяйка права!
