И в этот момент подоспел натуральный покупатель машины. Бодренький, кругленький, с портфелем под мышкой.
Сцена возле ворот едва не отпугнула его от сделки, но Полина Аркадьевна, разглядев подъехавшего покупателя из-за спины Теймураза Асламбековича, громко воскликнула:
– Валерий Геннадьевич! Проходите, пожалуйста!
Мужчины потоптались возле ворот и зашли оба.
Через пять минут ускоренных объяснений Теймураз Асламбекович взял Валерия Геннадьевича за рукав, повернул его к выходу и, подталкивая, произнес:
– Не будет она ничего продавать, иди, дорогой.
Валерий Геннадьевич ретировался немедленно и без всяческих сожалений. Только за железными воротами угодий Полины Аркадьевны несостоявшийся покупатель вспомнил, что забыл попрощаться с хозяйкой.
Мадам Караулова с опаской оглядела своего неожиданно темпераментного гостя: хороший костюм с отливом, начищенные ботинки и белая рубашка с расстегнутым воротом.
В таких рубашках Полина Аркадьевна знала толк. Ее экс-муж был чиновником, и что такое отстирать, накрахмалить и отгладить подобную ткань до первозданного состояния, Караулова представляла. Рубашка послужила ей знаком – перед ней человек состоятельный, основательный, ухоженный, и пришел он не за старыми ботами. Подобный типаж легко забирает дом, машину и участок без всяческих проволочек и фиктивных расписок.
Полина оглядела черепичную крышу веранды, чистые окошки второго этажа и, остановив взор на голубом небе, выдавила:
– Денег нет. Дом заложен.
– Ах, ах, – пробормотал гость. – Выкупим.
Глагол, возведенный во множественное число, окончательно подтвердил догадки мадам Полины – на этот раз к ней пожаловала запоздавшая с обозами тяжелая артиллерия армии мошенников. Пора собирать трусы и колготки в сумку, – остальное уйдет с молотка.
Ловкий артиллерист шикарным жестом достал из кармана мобильный телефон и, приняв горделивую орлиную позу (брови и полы пиджака вразлет, мизинец с бриллиантовым перстнем оттопырен от корпуса мобилы, перстень бьет лучами в глаз Полины), сказал в телефон:
– Э, Ашот, Гришу дай.
О том, что в камеры СИЗО проникают мобильные телефоны, Полина Аркадьевна знала из фильмов и потому внутренне съежилась – не артиллерия. Ракетные войска. Ядерные боеголовки всех радиусов действия. Все в пыль, все в пыль…
– Гриша, здравствуй, дорогой, – говорил тем временем гость. – Как дела, как здоровье? Рад, рад. Тут рядом твоя жена стоит, поговори с ней… – И он протянул трубку мадам Карауловой.
У Полины моментально пересохло горло и вспотели ладони, так как, признаться честно, она была готова услышать из трубки приказ – «с вещами на выход». Если мошенники добрались с мобильными телефонами до СИЗО, то свой процент сливок снимут без остатка.
– Гришенька, здравствуй, – проговорила Полина Аркадьевна, и в голосе ее не прозвучало радости.
Двести процентов радости выдал на-гора Григорий Павлович. Он щебетал и охал, сюсюкал и надеялся, Полина Аркадьевна ждала команды «на выход» и не перебивала.
Гость с Кавказа тихонько кашлянул, и Полина вставила слово:
– Тут к тебе… тут ко мне…
– Теймураз Асламбекович, – обрадованно закончил Караулов. – Можешь доверять ему совсем как мне.
К сожалению для Григория Павловича, данную рекомендацию супруга поняла слишком буквально.
И надо сказать, разочарованной не осталась.
Пережив бурную ночь, Полина Аркадьевна проводила Тимурчика за ворота и осталась в твердом убеждении: годы, проведенные в постели с Григорием Павловичем, прошли зря. Заботливый супружеский секс показался ей истертой в употреблении монетой, южная страсть кавказского гостя осыпала драгоценностями и обогатила опытом.
Справедливости ради следует заметить: Григорий Павлович не был единственным мужчиной в жизни Полины Аркадьевны. До встречи с ним она успела пройти курс молодого бойца, но, как оказалось теперь, инструктора ей попадались, мягко выражаясь, слабоватые. Полину Аркадьевну всегда тянуло к мужчинам изысканным и утонченным, слов нет, среди подобных индивидуумов большой процент весьма изощренных любовников, и Полине Аркадьевне, скорее всего, элементарно не повезло с отсевом.
Но, как говорится, из песни слов не выкинешь, и ночь, проведенная с Теймуразом Асламбековичем, потрясла ее до самых глубин женского основания.
Теймураз Асламбекович, в свою очередь, от этого потрясения испытывал большие моральные трудности. Место, где он встретил Григория Павловича, предполагало изрядную мужскую солидарность, и соблазнение жены товарища по нарам считалось большим грехом, разрушением устоев и нарушением понятий.
Оберегая разбуженную следующим утром совесть, Гашиев быстренько договорился с кем надо и устроил двум бывшим супругам приватную свиданку. Договорился, устроил и лично довез Полину Аркадьевну до ворот режимного учреждения.
– Скажи ему все, – дал наказ. – Будь честной.
