В прошлые времена говорили, что любое из наших желаний обязательно может исполниться, нужно только очень сильно захотеть этого. Сегодня модно «посылать свою мысль в космос» и тогда все задуманное осуществиться. Главное, правильно сформулировать собственную мысль, чтобы она не затерялась на космических просторах. Только вот так ли уж надо, чтобы все наши желания осуществлялись?
Утро выдалось исключительным даже для этого погожего лета: ни облачка на небе, легкий ветерок навевает прохладу, воздух наполнен запахами цветов и нагретой солнцем травы. В рощице, посреди небольшой полянки лежала на спине молоденькая девушка, почти девочка и смотрела на небо счастливыми глазами, которые точь-в-точь совпадали с ними по цвету.
Начались каникулы в школе, но в этот утренний час повсюду было еще тихо. Ровесники Элизабет отсыпались всласть, а взрослые мужчины уже отправились на работу. Женщины же пока были дома, погруженные в сотни неотложных дел. Позже они пойдут за продуктами и улицы небольшого городка тут же оживут. Но сейчас это время принадлежало только ей, Бесси, Бесс, Элизабет Свенсон. И она занималась своим любимым делом: представляла себе, что она — в Швеции.
Элизабет родилась и выросла в Америке, но ее предками были шведы и, глядя на нее, сразу можно было понять, что в ее жилах течет скандинавская кровь. Стройная, высокая, со светлыми прямыми волосами и огромными голубыми глазами, она могла бы легко сделать быструю и блистательную карьеру фотомодели или даже актрисы, но эта жизнь совершенно ее не прельщала. Практичная шведская кровь сказывалась и в том, что Бесси давно уже решила, чем она займется в своей жизни и как ее проживет. Только мечтала она прожить эту жизнь на родине своих предков — в Швеции.
— Чем плоха Америка? — спрашивали ее друзья, не представлявшие, как можно отказаться от жизни в самой цивилизованной стране мира и предпочесть ей какое-то крошечное европейское государство, о котором не все американцы и слышали.
— Америка прекрасна, — мягко, но непреклонно отвечала Бесси, — но я, наверное, старомодный человек: хочу жить именно в маленькой, тихой стране, чтобы муж у меня был огромный, молчаливый и белокурый швед, а дети — не меньше троих! — голубоглазыми ангелочками с золотыми локонами.
Произнеся такую длинную тираду, она замолкала и смотрела на собеседника в упор своими огромными голубыми глазами: ну, что ты можешь возразить против такой простой, всем понятной мечты?
Элизабет не интересовалась ни машинами, ни модными развлечениями, ни танцами. Ее мать, вздыхая, говорила иногда, что ее доченьке действительно нужно было бы жить в Швеции… лет двести назад. Но все в семье признавали одно: абсолютную справедливость не по годам умной девочки. В семье все обожали Элизабет и всегда призывали ее быть судьей в сложных ситуациях.
Строго говоря, это были последние каникулы, отдых между школой и колледжем, куда через два месяца должна была уехать учиться Элизабет. К неописуемой радости родственников она выбрала своей будущей специальностью английский язык и литературу. По этим предметам она неизменно занимала первое место в школе и получала только отличные отметки, так что мэр их городка, тоже швед по происхождению, добился для нее именной стипендии в одном из колледжей Бостона. Это было весьма престижное заведение, славящееся не только качеством преподавания, но и заботой о нравственном воспитании студентов.
— А что ты будешь делать после колледжа? — поинтересовался как-то отец. — Выйдешь замуж за какого-нибудь симпатичного парнишку?
— Ох, папа, до этого еще так далеко! — засмеялась Элизабет. — Вообще-то я хотела после колледжа поработать преподавателем в нашей, здешней школе, а уж там видно будет…
Родители переглянулись с улыбкой в глазах: их дочь, как всегда, была рассудительна, благоразумна и не строила несбыточных планов, равно как и не предавалась каким-то глупым фантазиям о прекрасном принце или карьере манекенщицы. Бог послал им хорошую дочь. Огорчало только одно: неуемная тяга Элизабет ко всему, что так или иначе было связано с ее исторической родиной, на которой она никогда не была.
Хотя в ее семье почти не говорили по-шведски, она самостоятельно занималась и им, постоянно совершенствуясь и практикуясь с приезжавшими в Америку шведами. И, естественно, читала много книг на шведском языке. И нет ничего удивительного в том, что ее любимой книгой стал роман Муберга о приключениях шведских переселенцев в Америке.
Родственники не слишком одобряли это увлечение Элизабет, они-то помнили, как нелегко им приходилось в послевоенные годы сводить концы с концами и считать каждый грош. Они постоянно советовали дочери оставить свои странные иллюзии и больше любить новую родину, которая так приветливо приняла их и дала им все необходимое для счастливой жизни. Разве в Швеции она могла бы совершенно бесплатно учиться в колледже? Разве там они жили бы в таком чудесном, просторном доме, с гаражом и с садом, и разве отец получал бы там такие деньги, что семья с полным правом могла считать себя обеспеченной?
