«Эвва!.. — размыто подумалось Расцветаеву. — Наш подстрел везде подспел. Обогнал… Первый прибежал. Встречает
Кто-то тихонько подумал вслух:
— Может, позвать скорую?… Чтоб забрали этого злоныру в морг?…
И тут же сам себе ответил:
— Вот ещё невидаль! С кладбища трупы таскать… Хотя… Почему не отвезть?
И снова стало тихо.
— Тю-ю!.. — наконец подломив тишину, осудительно сказала одна старуха, плеснув обеими руками на Кребса. — Лихостной да злохитростный чо… Своей ходкой прибёг в глинский садик,[91] ухватил чужу вотчинку. Дума, яго и будя…Жил как нелюдь и помер как непокойник…
— Ну-к, Виталь Владимыч, — отвердело поддержала другая. — А ну-к вымахнить, качнить оттедева, из земляночки, эту похабну, тоскливу козлину. Грому на него нету! Ить не для него… Для мамушки Таись Викторны стелили горьку пухову постелюшку…
И возрос свежий печальный холмок.
«Что мы сделали, россияне? Кого погребли?»
Мало-помалу пурга пошла опадать.
Впервые за долгие пять дней проглянули сквозь тучи голубые оконца неба.
В Борске ждали солнца.
Жизнь невероятней любого вымысла.
Эту общеизвестную истину лишний раз подтверждает роман Анатолия Санжаровского «Сибирская роза».
Неспециалист, прочитав его, может искренне поверить, что это научная фантастика. Но, увы… Этот роман — выхваченный из жизни горячий кусок действительности наших дней.
Всё это было. Всё это есть.
К счастью и к величайшему сожалению.
К счастью потому, что мы долгие годы знали прототипа главной героини. Это врач-онколог. Окончила мединститут. В лечении широко применяла траву борец. Она не ошиблась в борце. Недавно научно подтверждены его весьма высокие антираковые возможности.
В экспериментах получен положительный эффект, более чем на 90 процентов прекращающий процесс метастазирования у подопытных животных. Весьма оптимистически можно смотреть на то, что скоро будет сделан ещё один верный шаг в лечении рака.
Смотреть никому не возбраняется, да…
Не один десяток лет врач помогала больным, но, к глубокому сожалению, чинуши, бюрократы, злопыхатели, облачённые властью, так и не дали ей провести обстоятельные, честные клинические испытания борца.
Во всём мире бьются над проблемой рака и учёные, и практические врачи, такие, как героиня романа. Автор убедительно показал её жизнь-поиск, с глубоким знанием конкретного дела нарисовал твёрдой рукой её мужественный, цельный характер в развитии.
При всей драматичности ситуации роман дышит верой в победу добра.
Так оно и будет.
Роман Сибирская роза» — это слёзы России.
Миллионы и миллионы людей умирают от рака. А что же медицина?
Не дремлет. Борется.
Одни в медицине борются с раком.
Другие в медицине — все при деле! — борются с теми, кто борется с раком.
Это не каламбур. Это горькая правда.
Главная моя героиня не вымысел. Жила в Сибири женщина. Врач-онколог. Тридцать лет лечила от рака и тех больных, которых не смогли вылечить онкологические центры Москвы, Сибири. Ещё в молодости «вышла» она на борец. Минздрав принял от неё заявку на изобретение, утвердил инструкцию клинических испытаний борца, но испытания так и не были проведены.
Известно решение ЮНЕСКО. Тому, кто даст человечеству избавление от рака, в полный рост отольют золотой памятник. При жизни.
Завистники, обременённые титулами академиков, профессоров, всячески ей мешали. По Менделееву, «пигмеи вязали великана». Ей, дипломированному онкологу из врачебной династии со 140-летним стажем, прилепили прозвище знахарки и жестоко шельмовали, издевались над ней, грозились отнять диплом врача. Воистину, «не пора ли защищать науку от тех, кто защитил диссертацию?» А она спасла жизни сотням человек. Она шла по верному пути. Хотя борец клинически так и не испытан, она всё же многим успела помочь. А в 1985 году один сибирский профессор закончил официальные опыты на животных и доказал, что борец поражает метастазы на 94 процента. Успех фантастический. И всё это из жизни.
Уже
Люди научатся лечить рак, как насморк, и мой роман — грустный правдивый рассказ про то, как трудно, как грязно, как жестоко шло человечество к этому.
Мы не можем отмахиваться от опыта народа. Разве можно чем-то заменить опыт народа?
