— Странно.
— Очень странно, — согласился Рашаззи. — Казалось бы, космическая колония должна рассчитываться на меньшую силу тяжести, чем на Земле. Уменьшаются нагрузки на конструкцию, ее можно сделать легче, надежнее и так далее. Но почему конструкторы пошли в другую сторону?
— Не знаю. А вы?
— Тоже. Но это еще не все, — Рашаззи указал на маятник, который раскачивался над шкалой, быстро проходя над центром и чуть замедляясь пред остановкой в паре дюймов от края шкалы, чтобы качнуться обратно.
— Это называется маятником Фуко. То есть он может раскачиваться в любом направлении.
— В отличие от маятника в дедушкиных часах, который может качаться только в одной плоскости, параллельно стене комнаты, — пояснил Хабер.
Мак-Кейн кивнул. Рашаззи продолжил:
— Как и гироскоп, маятник пытается сохранить момент движения, раскачиваясь в том же направлении в пространстве. Представь себе такой маятник на Северном полюсе. Заметим какое-нибудь направление — скажем, на созвездие Овна. Потянем маятник в этом направлении и отпустим. А теперь представь, что он продолжает раскачиваться в той же плоскости, от Овна — к Овну и так целый день. Земля под ним сделает полный оборот на триста шестьдесят градусов. Или, если ты стоишь на земле, рядом с маятником, то Земля для тебя будет неподвижной, а вот плоскость маятника будет вращаться по кругу, как и созвездие Овна вращается вокруг небесной оси, — тут Рашаззи ткнул на пол, — и ты сможешь измерить его скорость вращения по такой вот шкале.
Мак-Кейн вспомнил, что уже видел такое, когда был маленьким, в научном музее.
— О'кей. А что дальше?
— Теперь давай повторим эту процедуру на экваторе. Овен больше не вращается по кругу над головой, а встает и заходит. Мы раскачаем маятник, как только Овен взойдет на востоке. Шесть часов спустя Овен будет над головой, а вот будет ли маятник двигаться вперед-назад к Овну? Вряд ли, потому что ему пришлось бы подпрыгивать вверх-вниз, что было бы чудом. Нет, вместо этого он будет качаться по направлению восток-запад по отношению к Земле. Другими словами, наблюдатель не заметит никакого вращения плоскости маятника. Между полюсом и экватором эти эффекты сочетаются, так что плоскость вращается не на полный круг, а на определенный угол, в зависимости от широты.
Мак-Кейн пробыл на Терешковой достаточно долго, чтобы знать, что кольцо считается экватором.
— Значит, здесь маятник должен качаться в одном направлении, заключил он.
Рашаззи кивнул.
— Почти. Но не совсем. Плоскость маятника вращается. Мы измерили ее, период колебаний плоскости получился восемьдесят восемь секунд.
— Как и вращается колония.
— Вот только учитывая официальные размеры станции, о которых объявили русские, и силу тяжести на десять процентов больше земной, период вращения колонии должен быть около минуты, — сказал Хабер.
Рашаззи загадочно смотрел на Мак-Кейна, словно ожидая, что тот объяснит это.
— Единственный ответ, объясняющий более медленный период вращения это то, что диаметр кольца "Терешковой" значительно больше, чем мы предполагали, — Рашаззи развел руками. — Но это невозможно, конечно. С того момента, как русские начали ее постройку, ее столько раз рассматривали через наземные и космические телескопы, что нет никакого сомнения — она именно такого размера, как они и утверждают.
Мак-Кейн только посмотрел на них в изумлении.
— И что отсюда может вытекать? Вообще?
Хабер покачал головой.
— Что-то очень странное в геометрии всей этой станции, — начал Рашаззи. — Дело даже не в проектах побега Эбана. Даже если бы их не было, нам все равно нужно выйти наружу. Один взгляд на нее снаружи скажет многое. Вот чем привлекательна твоя идея. Но именно сейчас я не могу объяснить тебе, что значат все эти странности.
— Будем говорить об этом комитету побега? — спросил Хабер.
Мак-Кейн покачал головой.
— Нет, пока сами не узнаем, что за этим кроется. Сейчас они не должны абсолютно ничего об этом знать. Если кто-то из них проболтается, то это не должно попасть не в те уши. В настоящее время — пусть все остается по-прежнему.
Среди удобств, которые предоставлялись привилегированным заключенным, была и библиотека, больше и шире, чем библиотека в подземном комплексе Центр, с большим справочным отделом. Но справочники очень много весят, и при дорогостоящей доставке с Земли больше внимания уделяется более полезной нагрузке. Поэтому основная часть статистических и справочных материалов в библиотеке Замка содержалась в электронной форме и периодически обновлялась с Земли. Это, собственно, была часть главной публичной библиотеки, расположенной в Тургеневе.
