— Говори, — я сделал одобрительное движение рукой и отметил, что скелет говорил как-то излишне театрально. Будто роль на сцене играет. Впрочем, я видел и не такие причуды у нежити. Взять того же Микипера…
— Против вас готовится заговор! Директору Титанову звонил полковник-инквизитор Смирнов, который хочет, чтобы вашим ученикам занижали оценки. Смирнов просил Титанова сделать так, чтобы несколько ваших учеников не окончили школу!
Вот же крыса инквизиторская… Чуял я, что он может что-то такое сделать. Смирнов хочет меня как-то удержать даже скорее не в школе, а в Инквизиции. Я им полезен. А наши договоренности и переговорные позиции постепенно меняются. Когда-то я был некромагом Третьего Круга, которого легко раздавить, а теперь у меня есть победы над чудовищами вроде Раскольникова и Костяного Князя.
На самом деле работа с Инквизицией давала и для меня самого ряд плюсов, но я хотел закончить с этим. Мне больше нравилось быть Могильным Волком, который действует сам по себе. Когда закончу обучение выпускного класса, то, возможно, даже останусь в Чите, но буду жить за пределами города. Мы, некромаги, любим покой и тишину.
— Смирнов рассказал Титанову, что я некромаг? — спросил я своего скелета.
— Да, да, он говорил об этом!
Мой подчинённый хотел сказать что-то ещё и он уже начал театрально размахивать руками, но я невербально приказал ему молчать. Больше мне не нужно никакой информации. Смирнов сделал мне ОГРОМНЫЙ подарок. Думаю, я могу решить всю эту идиотскую ситуацию, просто надавив на Титанова. Раз он теперь знает, что я некромаг, то покажу ему свою злую сущность.
— Упади лицом вниз, — приказал я скелету. — С этого момента ты мёртв по-настоящему.
Раздался грохот костей о пол. Скелет исполнил приказ, однако ему хотелось ещё немного поговорить.
— Господин, пожалуйста, не надо! Не убивайте меня!
— Не беспокойся, ты уже мёртв.
— Нет, я живой и у меня есть чувства! Стоп, я и правда мёртв? Но Декарт же говорил — я мыслю, а следовательно существую. Я живой!
Что за скелет-философ мне попался…
— Я тоже мыслю, а следовательно существую! — раздался раздражённый голос у меня за спиной. — Сволочь, Могильников! Он украл мою линейку!
Я повернулся и не поверил своим глазам. Передо мной стоял призрак Матраса, прошлого директора школы. Мне даже невольно захотелось протереть глаза — нежити всякой разной я видел много, а вот призраки — дело очень редкое.
— Так, значит, тут и правда появился призрак.
— Ты меня видишь? — удивился Степан Геннадьевич. — Ну всё, Могильников, тебе не несдобровать! Ты украл у меня линейку и поджёг машину! Я докажу всем, что ты злодей!
Неугомонный Матрас… В своё время у меня были мысли убить директора, но это бы никогда не дошло до действий. Я в принципе не делал ничего плохого Матрасу, а вот он всегда кричал, что я ужасный человек.
Дверь кабинета вдруг открылась. К нам зашёл Гарри Лост.
— Я пришёл помочь, — объявил экстрасенс, смотря на Матраса. — Призраки это по моей части.
— Могильников бандит! — закричал Мурзин, показывая на меня пальцем. — Если вы меня видите и слышите, то объявите всему миру о преступлениях Могильникова! Он меня убил!
Теперь Матрас ещё и в своей смерти меня обвиняет? Вот же наглец!
Гарри Лост прошёл к столу директора и сел на корточки. Его вид был очень задумчивым.
— Здесь раньше стоял аквариум, — Лост показал на след от тумбы. — И вы, директор, споткнулись об удлинитель возле аквариума. Виталий Могильников не виноват в вашей смерти. А что касается линейки…
Экстрасенс подвинул письменный стол директора на полметра. В слое пыли и разной грязи тут лежала линейка, та самая, которую Матрас очень любил и считал, что я её украл.
— Моя линеечка! — с радостью ребенка воскликнул Степан Геннадьевич и подлетел ближе к Лосту. — Так вот где она была!
Призрак, которого я отчётливо видел, стал на глазах исчезать. Неужели, найдя линейку, душа Матраса успокоилась? Всё оказалось так легко?
— Я понял что у тебя возникли проблемы и решил немного помочь, — отряхнув руки, сказал Лост.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Гарри, а можешь ответить на пару вопросов о призраках? Я хочу создать что-то вроде искусственной души.
Лост побледнел. Этот мужик довольно суровый тип, но мои слова привели его в ужас.
— Не лезь в это, Виталя. Иначе будешь проклят на веки вечные. Есть вещи, которые недозволены человеку.
Я понимающе кивнул. Похоже, создание искусственной души для некромагического Шедевра стоит закончить. Замысел был в том, чтобы отправить в Серый Мир вместо себя духа. Духа убить нельзя, а значит тот, кого я отправлю в Серый Мир никогда не выберется. Задумка была неплохой, но стоит придумать что-то иное.
Бросив взгляд на своего скелета, я вспомнил, что надо разобраться с Титановым. Отправлю за ним Микипера. Только надо будет уточнить, что директора убивать не нужно.
Вечер того же дня, в нескольких километрах от Читы.
