Что делать, если неуставные отношения не только приветствуются, но еще и прописываются в договоре, и, более того, оплачиваются? Как быть, если они перерастают во что-то большее? Как поступить, если знаешь, что тебе не поверят? Какое решение будет верным? Устраиваясь на работу, Алиса и не подозревала, что новая должность полностью изменит ее жизнь.
Юлия Чернявская
Сидеть, лежать, факс
Алиса устало потерла глаза. Вот почему все так? Если неприятности, так одновременно. Сестра в аварию попала – денег пришлось потратить немеряно да еще прав лишили на два года. Говорили же дуре, нечего садится за руль, пусть и после пары бокалов шампанского. К счастью, пострадала только она сама – несколько синяков, да столб. И машина, разумеется, причем страховая отказалась оплачивать, мол, в договоре все прописано. Ага, новая мера кампании по борьбе с пьяными водителями – все оплачивает виновный, то есть водитель. В итоге машину отправили в гараж до лучших времен, поскольку кроме сестры никто не водит. Ее мужу по зрению нельзя, родители боятся, а самой Алисе не надо – быстрее на метро добираться куда понадобится. Мама на нервах из-за всего, пришлось ее в больницу отправлять. Отец тихо матерится. На этой почве с парнем разругалась, типа он для нее пустое место. А что делать, если она не может разорваться между мамой, отцом и работой, домой после полуночи приходит. В общем, нет больше парня.
Собственно, работы со вчерашнего дня тоже больше нет. Кампания их плавно накрывается медным тазом. Всех собрали, поблагодарили, выдали трудовые книжки, рекомендации, и хорошую премию в качестве компенсации. Теоретически, на те деньги, что Алиса скопила, она могла бы жить, не экономя, полгода точно, спокойно подыскивая работу. Но часть суммы пришлось одолжить безмозглой сестре, а та отдавать будет неизвестно когда. Хорошо, если треть вернется. Еще часть денег съел поход по магазинам за приличными офисными костюмами. Пусть покупала она не дорогие бренды, а отечественного производителя, все равно деньги ушли не маленькие. Вот только пока ни одного приглашения на собеседования не поступило. И не факт, что поступит. В стране кризис, работы нет.
Девушка отложила в сторону газеты с вакансиями и поплелась на кухню заварить кофе. Это только первый день поиска, а уже настроение ниже плинтуса. Или заоблачные требования с мизерной зарплатой, или офис у черта на рогах, куда ехать с тремя пересадками и все на маршрутках, а то и вовсе что-то сомнительное. Взгляд девушки упал на часы. Пора собираться и ехать к маме. Ее из больницы выписывают. Поскольку машины теперь в доме нет, забирать они ее с отцом поедут. Один он все сумки не дотащит, хоть и легкие, а маме их никто не даст.
Три дня пролетели незаметно. В выходные пришлось ползти на дачу, где уже отбывала свое наказание сестра. Под чутким материнским руководством и куда более строгим присмотром отца, у которого возникли проблемы со спиной, сажали, рыхлили, пололи. Для зятя тоже нашлась работа – дрова наколоть, яблони подвязать, да еще куча тяжелой работы. И все это под непрерывные вздохи и угрозы родителей в стиле «Вот выйдешь замуж». Да за кого тут замуж-то выходить? После последнего кавалера Алиса начала сомневаться в мужчинах. Добил ее единственный пригласивший на собеседование кандидат в начальники. Толстый, воняющий потом и табачным перегаром мужик сначала окинул ее сальным взглядом, потом бросил одно слово «раздевайся» и потянулся к ширинке. Этого хватило, чтобы девушка собрала все документы и покинула кабинет. Понятное дело, что к секретаршам, даже с дипломом и знанием двух иностранных языков отношение все равно специфическое, но чтоб до такой степени… Пусть Алиса допускала возможность таких вот отношений с начальством, но для этого начальство должно для начала хотя бы иметь представления о гигиене. А этот пусть себе нанимает такую же, как сам, и что хочет, то и творит. Девушка поморщилась и с еще большим остервенением принялась дергать полезшую после прошедших дождей траву.
В город возвращалась в окончательно испорченном настроении. Мать опять вздыхала, что ее старшая в свои двадцать шесть не замужем. И ладно бы с ним, с мужем, но ведь внуков хочется. Почему эти же претензии не высказывались младшей, коя уже давно замужем, непонятно. От нее скорее дождаться можно. В общем, Алиса с трудом дождалась утра понедельника и, поцеловав мать, сбежала. Уж лучше по сайтам поиска работы ползать, чем слушать родительские причитания. Пусть вон младшую воспитывают. Так нет же, все ей, Алисе, достается. У Дианы муж есть, это его проблемы. Понятно, зятя недолюбливают, он им тем же отвечает, вот и пришли к напряженному нейтралитету. И ведь не рыжая она, обычная шатенка, чтобы к ней претензии постоянные предъявлять. Но нет, старшая, примером должна быть.
Купив пару газет в киоске и прихватив все бесплатные, Алиса добралась до дома. В квартире первым делом поставила греться чайник, после чего отправилась в душ. Дача – это хорошо, но влажные салфетки и теплая вода в тазике не для нее. Денек потерпеть еще можно, а потом уже хочется основательного мытья. Особенно после сидения на грядках и в кустах. Девушка привыкла к душу и горячей воде из крана, благо отключают воду теперь редко и ненадолго. К тому же на работе она в земле не ковыряется.
