– Включая меня, – хмуро напомнил король о своей персоне.
– Ваше величество, нижайше прошу вас извинить мне это… нечаянное вмешательство.
– Своевременное вмешательство, – согласился тот. – Я так понимаю, наши могущественные гости и наши не менее могущественные друзья согласны попытаться… Хм. Астат, помоги!
– Попытаться принять тот факт, что у них действительно есть общий интерес, – мгновенно отозвался наштир из-за оттопыренного на подлокотнике королевского локтя. – И что сегодня этот интерес уже важней всех прежних интересов. Мир меняется, люди меняются. А живущие вечно не подвержены естественным изменениям. У тех, для кого сотни человеческих поколений всего лишь миг, нет нужды меняться.
Таюли оценила, насколько этот мудрый человек сумел проникнуться особенностями демонической природы: им нужно было всё разжёвывать.
– Ты прав, наштир, – после недолгого молчания соизволил откликнуться Багран, теперь не сводя глаз с Двуликой. – Мир меняется быстро. Но ты и неправ: мы тоже меняемся. Только очень медленно. Вы не замечаете. Однако мы пришли сюда. Мы достаточно изменились, чтобы преодолеть первый шаг. Но, мы не сможем его преодолеть сами. Вы это поняли. Люди мудрые существа, и мы пытаемся у вас учиться. Вы позвали Двуликую. Она поможет нам преодолеть этот первый шаг. Мы никогда не могли договориться между собой, – так и не отвёл он взгляда от Таюли, но все поняли, о ком идёт речь. – И никогда не сможем. Это невозможно. Когда-то очень давно среди людей появились первые Двуликие. Они помогли нам договориться с людьми. И нам, и этим… другим, что охотятся на вашей земле. Мы научились жить с людьми: не рядом, а вместе. Но, мы никогда не сможем жить вместе с этими другими. Однако нам стоит научиться жить с ними рядом. Мир быстро меняется.
Он замолчал – помолчали из вежливости и люди, дабы удостовериться: Рааньяр сказал всё, что хотел. Таюли понимала: Саилтах с Астатом хотели бы услышать нечто подобное и от Лиатаян. Но Ютелия упрямо молчала, пялясь исподлобья на Баграна.
Вот интересно – подумала Таюли – Рааны пасут её взглядами, следя, чтобы Двуликая не выполнила свою угрозу. А Лиата пасёт их, предоставив няньку собственной воле. Она что же, так верит, что Таюли не решится на подобный шаг? И не оставит их с Челией. Или Ютелия так защищает её от Раанов? Но, ведь Лиата знает, что те не смогут навредить Двуликой. Тогда, как всё это понимать? Конечно же, ни в коем случае не по-человечески…
Создатель! Как же с ними тяжело!
Между тем, Саилтах решил, что с него хватит всех этих демонских склок, и занялся собственными шкурными интересами. Прежде осторожно помалкивающий народ заметно оживился. Продолжая размышлять о собственной неуютной судьбе, Таюли вполуха отмечала, что наговорил каждый, кто подходил ближе к трону, останавливаясь между ней и Раанами. Между огнём и льдом, что могут столкнуться в любой момент.
Аташтаки, чьи земли на северном побережье Суабалара, откуда до берегов Лонтферда рукой подать. Торговцы, готовые торговать с лонтами на полную катушку, уже триста раз загодя просчитав все свои выгоды. Катадеры северной границы с Империей. Словом все, кто рвался озвучить гостям свои интересы и живописал, какими они видят грядущий союз… к своей пользе.
Саилтах, к удивлению Таюли, всё это знал – а кое-кто ещё язык распускает, будто он не видит дальше морды собственного коня. Король не просто знал, а в подробностях, так что с лонтами было кому поторговаться от имени всего королевства. Что до Раанов, так их присутствие на деловой части переговоров стало пустой формальностью. Они, собственно, сделали своё дело, и могли бы уже оставить людей в покое…
– Король! – само собой, услыхав её раздражённые мысли, поднялся Багран, едва замолк очередной говорун. – Мы уходим. Дела людей нам неинтересны. Вы сами договоритесь.
Все четверо склонили головы перед Саилтахом, и удалились ногами – что-что, а человеческие традиции Рааны блюли. Нечета порхающим к месту и не к месту Лиатаянам…
– Не слишком их нахваливай, – пробурчала Ютелия, наконец-то, выпустив руку няньки.
– А ты не шарься в моей голове! – огрызнулась та и поднялась, пока к Саилтаху не прицепился первый же обрадованный свободой оратор: – Ваше величество, позвольте и нам удалиться. Я ничего не смыслю и в половине того, что тут обсуждается. А Ютелии всё это и вовсе неинтересно.
Король хмыкнул и благосклонно махнул рукой под пробежавший по залу весёлый шумок. Огненное щупальце встрепенувшейся Лиаты подхватило Двуликую, и обе девицы вылетели в распахнутое окно.
– Не хочу на дырявый диван, – капризно заявила Ютелия, перемахивая через дворцовую ограду и проносясь над площадью, забитой любопытствующим народом.
Внизу что-то орали и тыкали в них пальцами. Шум и вовсе выплеснулся через край, когда к ним откуда-то сверху спикировала Челия. И закрутилась вокруг вырвавшейся от короля няньки.
– Гулять! – вопила демонюшка, размахивая руками. – Хочу на ярмарку! Она такая огроменная! Народищу там!..