Издание третье, исправленное, дополненное.
УДК 82-145
ББК 84(2)
Г 79
ГРЕГОР
Сидящие впереди. – М.: Де’Либри, 2020.
Издание третье, исправленное, дополненное.
ISBN 978-5-4491-0682-7
У шизоидов активность
Проявляется весной.
И политиков "невинность"
Обернётся вновь войной.
Вновь угрозы, плач и стоны,
Кровь младенцев, стариков…
Похоронные трезвоны
У могильных тупиков.
Билл Монику развлечь себя заставил,
Забыв о Хиллари, – приятный миг!
Счастливчик, молодым себя представил,
Но не учёл придворных он интриг…
Доступна гласности ущербность Билла!
Взбесился он и перешёл на крик…
Как истый фюрер с мордой гамадрила
Он югославам объявил блицкриг…
И бросил против сербского народа
Авианосец, крейсеры, "апач"…
Не видел мир подобного урода —
Саксофонист, обычный ведь трубач!
Вместо покоя, с яростью пещерной,
Во чрево Сербии занёс он смерть
Да, это факт – весь Билл пронизан скверной!
И страны НАТО он (!) вверг в круговерть.
Достоин трибунала аспид Клинтон
За свой приказ отдал что "впопыхах".
Чтоб, не успев повесить нос на квинту[1]
Был обвинён в свершённых им грехах!
И я б мечтал, чтоб видели миряне:
Кто верит в Бога! Иисус воскрес!
Католики, славяне, мусульмане…
Отринут был цивильный мракобес!
Бог Эрот ведёт Вас к цели…
Силу Вам даёт и власть:
Ловко выкинув фортели,
Утолить азарта страсть!
"Решать конфликты не оружием – словами!"
Призвал юнцов их лицемерный Президент.
Но на Балканах страх, витающий над вами,
Рождён был Клинтоном, а бомбы – лишь презент!
Послушай, Билл,
ты дерзким стал, нахал!
С тупым упрямством
рвёшься к цели.
Таких, как ты,
я в юности бивал
За то, чтоб слабых
бить не смели.
Страсть к Монике у Билла рьяна —
Не может быть наоборот!
В пылу, смахнув с лица румяна,
Ей был понятен поворот.
Из Президента выжимала
Она признания легко.
Ах, как хотелось ей сначала,
Чтоб нежен был, сам снял трико.
Прижал бы ласково головку,
(Ведь не простой же он матрос),
Но тот почувствовал уловку —
От Хиллари он ждёт разнос!
Больна на голову супруга,
Но рвётся к власти, не секрет:
"Муж скоро экс, я ж не прислуга!
Буду держать приоритет:
Во лжи, компромате, подлоге…
(На что мне Моника сдалась?!)
Славян гнобить, держать в залоге" —
Оригинальна ипостась!
Сумятица на всём пространстве
Державного СССР.
Погрязли в блуде, казнокрадстве —
Содом! И всяк на свой манер.
Явились вдруг мордовороты,
Себя причислили к крутым.
С недвижимостью извороты
В гонке за тельцем золотым.
Чубайсы всякие, Гайдары
Заполонили города.
Пленили всех тогда их чары —
В верхах, во власти чехарда!
Набив мошну деньгой зелёной,
Иные скрылись за "бугор",
А мерседес такой, червлёный,
Родным остался под надзор.
Правительство и рвёт и мечет…
Но поздно, ведь "процесс пошёл!"
А Горбачёв сидит, как кречет,
То ли петух? Но не орёл.
Ку-ка-ре-ку! Чубайсы вторят…
Гайдары мучают страну…
Пока их "дело" не оспорят,
Поднявших кризиса волну.
Навис над Пресней "вал девятый",
Идут "приспешники" va-bank!
Ельцин Борис, "слегка" поддатый,
Всё же вскарабкался на танк.
"Толкая речь", и, ненароком[2]
Кричит он с танка, как с горы:
"Пальнём по Белому наскоком —
Сменились правила игры!"
И Белый Дом уж полыхает,
Этаж тринадцатый в дыму…
Что будет дальше? Он-то знает,
Что люди там! Я не пойму.
Советской властью волк вскормлённый,
Оскал звериный показал.
Мозг недобитка воспалённый
Спешит, как взять страны штурвал.
И, наконец, он за штурвалом —
(Продал за гр
Державе курс грозит развалом)
Фантом[3], в обличье сатаны!
2000 г.
Владетель мира[4] взошёл на трон
(Пусть из державной саранчи).
Он дипломатичен, не бурбон.
(Хоть вместе с нею ел харчи).
В его руках судьба России,
Есть склонность к риску – он стратег,
Чтоб пресекать перипетии,
Крепить Россию – наш "Ковчег"!
Возглавить чтобы государство,
Могла б кухарка – эготист[5]!
Обречь Державу на мытарство
Определён был тракторист.
Кто он? Агент, заезжий странник,
Он санкюлот[6] и полиглот?
Возможно Партии избранник
Этот приспешник живоглот?
В пучину бед и потрясений
Страну вверг меченый "стратег"
И, ожидая поощрений,
На Запад начал свой разбег.
Раздраить мощную Державу,
Стену в Германии сломать,
Оставить всё, принять подставу?
Престиж Отчизны потерять!
Парижской Хартии сторонник
Возглавил мирный демонтаж
Родной страны. Косный законник
В горячку впал, в ажиотаж.
Всё прошлое маралось краской,
А чёрное всегда черно.
И Запад уж польщён оглаской,
Развал страны – это ярмо.
