Путешествуя на звездолёте с тем инопланетянином, ради которого она оставила свою прошлую жизнь, Нила привыкла к доброжелательному отношению экипажа. Но однажды на корабле появляется новенький даарнианин, которому не нравятся земляне вообще и Нила в частности. А тут ещё девушку начинают преследовать очень странные сны... Что происходит, как далеко может зайти этот нелепый конфликт с новеньким и как же будет вести себя земная телепатка?
Назначение на «Вечность» настолько застало Йина врасплох, что он даже позволил радостному удивлению сформироваться. И счастье, и ликование, и приятное чувство оценённых по достоинству заслуг присутствовали в этой эмоции: он всю свою жизнь изучал оружие и разные виды опасностей, а также способы избежать, предугадать их, защититься и защитить других – и вот теперь, когда предыдущий главный специалист по безопасности закончил свою службу и отправился домой, получив, наконец, от Бюро по контролю за рождаемостью разрешение отложить свою кладку икры, Йина пригласили занять его место. Удивление Йина было вполне объяснимо: довольно редко столь молодые специалисты получали назначение на корабли Аму, однако Йин считался крайне талантливым и одарённым, и вот, похоже, на его заслуги обратили внимание. Любой землянин сказал бы, что Йин был горд, но даарниан бы непременно поправил инопланетянина, заметив, что Йин был настолько доволен, что позволил полностью сформироваться эмоции удивлённой радости.
Конечно, Йин не ожидал лёгкой службы. Он допускал, что, как специалист по безопасности с отменно работающим предчувствием беды, он будет принимать участие во всех высадках на неизвестных планетах, будет просчитывать риски и станет рисковать своей собственной жизнью в первых рядах, весьма вероятно, что погибнет, допустив однажды одну-единственную ошибку, просчитавшись где-то в оценке угроз, которые могут исходить от чуждой расы или их оружия. Он ожидал неизвестностей и опасностей глубокого космоса, столкновения с неизученным – как явлениями природы, так и чужим разумом – ждал коварства и ловушек, возможно, даже войны с инопланетянами. Он знал, что его знаний, реакции и силы интуиции достаточно для того, чтобы быть действительно полезным Аму и экипажу всего боевого крейсера, чья безопасность и устранение возможных угроз теперь являлись его профессиональным долгом. Но чего он не ждал точно, так это беспечности и легкомыслия самого экипажа – даже если им двигал исключительно исследовательский интерес.
Йин с мрачным ментальным посылом вовне смотрел на шесть клубящихся призрачных фигур за стеклом. Четверо из них принадлежали даарнианам, а ещё две – инопланетянам последней исследованной расы, относящихся к «младшим», то есть отстающим от самих даарниан в развитии, культурном, эволюционном и технологическом, – землянам. Земляне по всем параметрам являлись более слабыми существами, но сейчас, когда четверо даарниан в специально огороженном боксе по правую руку от Йина, и двое землян в схожем боксе, находящимся слева, спали или, точнее, были введены в специальное состояние между сном и явью с помощью даарнианской продуцирующей определённые ментальные волны аппаратуры, слепки сознания двоих землян вполне успешно теснили и подавляли слепки сознаний четверых даарниан. Йин не до конца понимал, как это могло быть так, ведь земляне вовсе не обладали от природы псионическими способностями, однако некоторые из них – Йин знал это из обмена информацией внутри ментальной сети, сцепки разумов, исследовательского отдела пограничных состояний антропоморфных инопланетян – в определённой фазе искусственного сна демонстрировали большую силу, чем любой даарнианин. И сейчас Йин видел наглядное подтверждение этим словам.
Фигуры клубились, их очертания менялись и распадались нечёткостью контуров, являясь всего лишь привычной разуму проекцией их физических тел, которые сейчас мирно спали в своих боксах, облепленные многочисленными датчиками, исследователи-даарниане не отводили взгляда от показателей приборов, мало интересуясь тем, что творилось в иллюзорном мире за стеклом, но Йин и так знал, что показывает аппаратура. Что данные два землянина, уснув, стали гораздо сильнее четвёрки даарниан. Они – слепки сознаний или, как сказали бы земляне, души спящих – безжалостно оттиснули своей ментальной силой соотечественников Йина в сторону, резвясь и летая внутри сгенерированного компьютером поля, захлёбываясь в ярком восторге от их нового, непонятного им состояния и кажущейся всесильности. От сознаний людей разило яркими до болезненности эмоциями, слишком сильными даже для этой несдержанной в эмоциональном плане расы. Эти два землянина никогда не испытывали ничего подобного и не могли до конца осознать и проанализировать своё состояние. Однако на эксперимент они согласились по доброй воле.
Вполне вероятно, что, проснувшись, они даже не смогут вспомнить, что им снилось и что делали, думали, чувствовали их слепки сознаний вне биологических тел. Поле надёжно держало их в своих границах, тонущих в восторге совершенно нового восприятия мира и собственной силе, и эти люди не могли причинить вреда обученным, давно привыкшим к погружению в это «бестелесное» состояние даарнианам, так же, как не могли покинуть «помещение» со стеклянными стенами, отправившись гулять по кораблю.
