Несмотря на отсутствие рези в глазах, смотреть прямо на существо я не могу. Оно соткано из света и кристаллов, золотого сияния и мириадов преломляющихся внутри его формы радуг. У него по три пальца на каждой руке, правый глаз белый и светящийся, как у меня. И хотя оно одно из самых странных виденных мной созданий – а мне довелось побывать на бальном вечере Кассельдона Бьянки – я совсем не испытываю страха. Напротив, я иду ему навстречу и ничуть не удивляюсь, когда оно приветствует меня.
Его слова льются подобно музыке, но звучат как будто не вслух. Они просто… всплывают у меня в голове.
– Эшвар? – по-дурацки переспрашиваю я. – Я думала, эшвары – это целая раса, а не просто один, э-э-э… – Я оглядываю его мерцающее тело с головы до ног. – Человек?
Оно склоняет голову в легком поклоне.
Я не знаю, как правильно на это ответить, но понимаю, что не ошибусь, откликнувшись на приветствие.
– Приятно познакомиться. Я – Аврора Цзе-Линь О’Мэлли.
– Да, все верно! – Во мне просыпается нетерпение, и я подхожу ближе. – И если ты Эшвар, то можешь рассказать мне, что это значит.
Существо вновь отвешивает легкий поклон.
Оно поднимает руки, а потом, оттолкнувшись, просто взлетает над землей, будто в невесомости.
Я в замешательстве смотрю на то, как существо парит в нескольких метрах над моей головой.
«
Что ж, попытка – не пытка, да? Чувствуя себя нелепо, я сгибаю колени и отталкиваюсь, словно хочу прыгнуть. А вместо этого без каких-либо усилий отрываюсь от земли. Не успеваю я раскинуть руки и подумать, как буду тормозить, именно это и происходит. В воздухе чувствуется небольшая плотность – не настолько ощутимая, как у воды, но мои движения все равно слегка напоминают плавание.
Еще один толчок – и я снова взмываю ввысь, широко расставив руки, изнутри поднимается смех от вида расстилающейся подо мной панорамы. Я словно летаю в самом чудесном сне. Будто на мгновение возвращаюсь домой, в прошлое, где мчусь по беговой дорожке и понимаю, что впереди всех.
Полный восторг.
После второго толчка меня закручивает в сальто, я кувыркаюсь в воздухе, ликуя от радости. Эшвар плавает в более сдержанной манере и наблюдает за тем, как я выплескиваю эмоции.
Теперь мы вместе летим над раскинувшейся внизу красотой. Огромные долины сменяются невысокими холмами, золотисто-зеленая трава уступает место синим и фиолетовым цветам, колышущимся на ветру, красным полям, покрывающимся рябью от нашего движения. Их прорезают серебряные реки, которые изгибаются, петляют, поворачивают обратно; вскоре мы устремляемся к манящему меня кристальному городу.
Когда Эшвар снова говорит, я слышу его даже сквозь шум ветра:
– Да, – отвечаю я, оглядываясь на существо. – Мы встречались.
– Знаю.
В моей голове вспыхивает вопрос. Я понимаю, что сейчас не время и не место его задавать, но мне нужно это сделать. Я думаю о своем отце. О Кэт. О других колонистах, утонувших в его объятиях; о том, как голубые цветы расцветали в их глазах, мох расползался по коже, как они прятались под формой агентов ГРУ, чтобы никто не мог приблизиться к Октавии и потревожить спящего в колыбели Ра’хаама.
– Я видела, как Ра’хаам проглатывает людей, – говорю я. – Поглощает их. Есть ли у них шанс, став его частью, когда-нибудь выбраться?
– Ох, – шепчу я, потому что мне больше нечего сказать.
Такое маленькое слово.
И такой огромный смысл.
Не
Я пытаюсь осознать услышанное, пока мы пересекаем широкую реку – быстро движущуюся пенистую, серебристую массу, которая бурлит, разбиваясь о камни и поднимая идеальные дуги брызг.
