– Я повторять не буду, Андрей! Ты не будешь этого делать. В противном случае, если осуществишь свою идею, я сам заберу её душу. Только знаешь, где она окажется? Я отправлю её не в самое лучшее место, в котором ты, кстати, уже побывал! А ты останешься с мёртвой куклой своей девушки, зная, что она в Аду по твоей вине!
– А я тогда тут зачем? Почему я киборг, но до сих пор живой? – я уже не мог молчать, что спровоцировало Михаила подойти ко мне почти вплотную. Глаза Архангела сверкнули небесным светом…
– Ты не забывайся! Я тебя вытащил оттуда, так могу и вернуть. Если не хочешь вместе со своей любимой томиться в адском пламени, то не провоцируй меня, мальчишка! – после слов Михаила я впервые услышал мощный раскат грома, что был вызван гневом Архангела, который через пару мгновений уже лишил меня своей компании. Оставшись в мастерской наедине с Раусом, постепенно приходило осознание диалога, что я даже выронил свой блокнот с перевоплощением Анюты.
Он не мог шутить на счет Ада, Архангелы вообще не умеют шутить. А значит, если я решусь закончить перевоплощение Анюты, то самостоятельно отправлю её прямиком в Ад. Я не мог этого допустить, как и не мог смириться с тем, что могу потерять её, но видимо, последнего варианта не миновать. Стало страшно от того, что мою возлюбленную ждет смерть, а я не могу ничего изменить. Ни-че-го! Все эти мысли погрузили меня в непролазную трясину с отчаянием, яростью и злобой. А всё от своего чёртового предназначения! Эмоции скапливались у меня в груди, стремясь найти выход, чему я уже не мог противиться, и одним движением руки смел на пол всё, что было на моём столе, который следом перевернул. Почти сразу же в моё рабочее место устремился слабый выстрел из накопителя, который разметал его по мастерской, а Раус, наверно, подальше от меня, задним ходом отъехал в другой конец мастерской. Развернувшись, я злобно ударил кулаками в металлическую стену, увековечив на металле крупные следы своей ярости, которая была разрушительна даже для моей души. Долго я не мог терпеть всей этой боли и, видимо, перегорел, рухнув на колени посреди мастерской в полном опустошении. Взгляд невольно упал на блокнот, где красовался проект, который некогда пропитывал мою душу надеждой. Но теперь всё осталось в прошлом. Мои мечты разбиты в пух и прах угрозами от Архангела, против которых я не мог пойти. Посмотрев несколько мгновений на страницу блокнота, всё больше приходило осознание того, чему больше никогда не сбыться. Страница этого блокнота теперь демонстрировала для меня одно – смерть любимой.
– Да пропади всё пропадом! Слышите!? Весь Ад, Рай, как и планы на меня! Почему она должна умереть? Почему? Почему? По-че-му? – я беспорядочно колотил руками по полу, а мои крики эхом разлетались по всей мастерской. Когда буря в груди поугасла, я просто схватился руками за голову, чувствуя, как глаза наливаются слезами. Нервно протирая лицо ладонями, мне показалось, что я ушёл глубоко в себя, потому что не знаю, сколько времени пробыл в таком состоянии. На тот момент я вообще не мог отдавать отчет тому, что происходило, но из забвения меня вытащил знакомый голосок…
– Андрюш… милый, что случилось? – Анюта подбежала ко мне и спешно опустилась рядом со мной на колени, стараясь обратить на себя мой взгляд, – что они тебе сделали? Я услышала сигнализацию, гром, а потом выстрелы… почему ты кричал? – испуганно спрашивала она, но вскоре увидела слёзы в моих глазах.
Я и слова проронить не мог в этот момент. Шевелил губами, но не мог выдавить из себя и звука. Единственное, что смог сделать – так это крепко прижать к себе Анюту. На тот момент мои объятья полностью передавали все чувства и то, как я не хотел её терять. Просто не хотелось отпускать её от себя.
– Я потом всё объясню, малышка. Хорошо? Тебе не стоит переживать за меня, – тихо сказал я, стараясь успокоить Анну, хоть и понимал всю абсурдность своих слов. Ну какое «не переживай», когда половина мастерской усыпана осколками от стола, на стене огромная вмятина, а Раус вообще вжался в дальний угол?
– Они не разрешили, да? Это Михаил приходил? – сказала Анна, рассматривая блокнот на полу, – не вини себя. Ты не можешь противостоять Архангелам. Предназначенной судьбы не миновать и корить себя за это нельзя. Я всегда у тебя буду там, в душе, – сказала она, коснувшись ладонью моей груди, – пока жива будет память обо мне, будет жить и моя любовь к тебе.
Она ласкала меня, поглаживала по волосам, а я лишь прижимался к её груди, где было так уютно, что даже ненадолго позабыл о том, что случилось. Я поверить не мог, что этой ласковой и заботливой девушки когда-то не станет в моей жизни.
