Нужный дом я увидела и без подсказки вора. И знак на месте, и была я здесь уже раньше. Спрыгнув с коня, решительно пошла к двери. Ломая традиции, первой толкнула дверь и свободно прошла внутрь, оставив Бина стеречь лошадей. Все-таки местные – не те люди, которые вызывают во мне доверие. В темной комнате меня сразу встретил знакомый великан.
– Гы?! – издал неразборчивый звук местный привратник, удивившись моему смелому приходу.
– Привет. Тебя все никак не повысят? Не хочешь ко мне дворецким пойти, м? – однобоко усмехнулась я, окидывая мужчину оценивающим взглядом. – Мне как раз пригодился бы на входе человек с твоими манерами.
– Так я ж это... эээ... – окончательно растерялся громила. – А че, можно?
– Пришли мне свои рекомендации. – кивнула я. – Барон у себя?
– Ну так это... Да. Я провожу!
– Не надо. Я знаю дорогу. – ответила я, уже шагая к проходу. И вновь знакомые темные коридоры, крутая лестница вниз и дверной проем в другой мир. Здесь маслянисто чадили факелы на стенах, ото всюду раздавались взрывы мужского гогота и криков, звуки льющегося пойла и удара чашек друг о друга. Это место, где всегда есть что и с кем отметить.
Нужную комнату я нашла без затруднений. Дверь была открыта, так что я просто зашла внутрь.
– Здравствуй, Барон. – сказала я, проходя к столу и присаживаясь в кресло.
– Герцогиня?! – воскликнул мужчина, вскакивая с места. – Ты... Вы...
– По делу. – кивнула я, опуская взгляд на сапфировый перстень, подаренный маркизом когда-то давно, и задумчиво вращая его на пальце. – Ты уже наверняка слышал, что я посылала человека в соседние графства?
– Да тут только глухой не слышал об этом. – справившись с удивлением и сделав знак кому-то в коридоре, чтобы принесли выпивку, вновь упал в кресло мужчина. – Говорят, ты землю зачем-то купить хотела. А еще говорят, что теперь графство тебе принадлежит. Правду говорят?
– Правду. – вновь кивнула я, не поднимая взгляда. – Земля нужна, чтобы титул сохранить. Наверняка ты слышал и о том, как обошлись с моим послом наши соседи?
– Слышал. – сцепив руки в замок, сурово нахмурил брови Барон. – В Немее на него собак спустили, в Филении конную охоту устроили, в Аремане его собирались кинуть в кипящий котел, в Жихтерии хотели завернуть в ковер и избить до смерти, в Чартенмоне... Эм... Что ты так смотришь на меня? Только не говори, что ты не знала... Йоооп...!
Полностью он все же не ругнулся. Чем больше говорил главарь местной теневой гильдии, тем холоднее становился мой взгляд. Благодаря занятиям, черные узоры удалось сдержать, но взгляд все равно говорил о многом. Кергал рассказал Елене о том, что с ним случилось, но и словом не обмолвился о том, что могло случиться. Если этот случай меня чему и научил, так это тому, что послов нужно отправлять в сопровождении внушительного отряда, хоть это и противоречит дипломатическим предписаниям.
– Я бы тоже хотела разнообразить свой досуг, Барон. – медленно растянула я губы в холодной улыбке. – Хочу узнать, как еще проводят время эти графы, помимо травли безродных. Мне нужны самые животрепещущие подробности, если ты понимаешь, о чем я.
– Что-то такое интересное, от чего можно голову потерять. – понятливо закивал мужчина.
– За два месяца справишься?
– Два? Я справлюсь за один. – фыркнул великан, недобро ухмыльнувшись. – И это... Я не поблагодарил тогда, за сына. Ты это... Спасибо.
– Обниматься не будем. – кивнула я, поднимаясь с места. В помещение вошел какой-то парнишка, неся в руках бутылку и два глиняных стакана, но распивать напитки с Бароном у меня не было времени.
– Эй, Герцогиня! – окликнул меня главарь местной теневой гильдии, когда я была уже на пороге. Обернувшись, я вопросительно приподняла бровь. – Ты это... Если тебя из дворян турнут, милости просим в наши ряды, гы-гы-гы.
– Я настолько тщеславна, что вашему королю может не понравиться такая конкуренция. – ухмыльнулась я. – Бывай.
Обратная дорога в памяти почти не отложилась. Вернувшись в крепость, я сразу потащила колдуна тренироваться, ища выход накопившейся злобе. Перед глазами вставали картины того, через что пришлось пройти моему секретарю, будто я сама все видела. Если бы это был кто-то другой, они посмели бы сотворить то же самое? Или все дело и правда в том, что я женщина? Восемнадцать лет – не возраст, что ли? Может, среди прочих леди так и есть, но кто в этом королевстве еще не слышал о расправе, которую я учинила над хеджистанским изменником четыре года назад? Они думают, что за это время я стала добрее?
