Стас и Марина переглянулись, после чего, не сговариваясь, выбросили плоды и почти бегом, так быстро, как позволяли лианы и кусты, бросились по направлению на зов. Вскоре они выскочили на просторную поляну, сухую и почти лишенную травы; лишь невысокий, будто газонный ковер темно-зеленого цвета скрывал почву. Посреди поляны (не поляны даже, а почти поля) стоял Игорь, почесывая укушенное каким-то насекомым бедро. А смотрел Игорь на то, что невозможно было не увидеть здесь.
Стас присвистнул. На ветвях огромных, воистину исполинских деревьев, подпирающих само небо, висел покрытый лианами и всяким лесным мусором… самолет. Это был военный самолет США, что стало ясно по нанесенному на крыло и фюзеляж знаку. Судя по всему, он висел на деревьях уже давно, лет сорок-шестьдесят, так как успел покрыться наростом из грязи, листьев, лиан и даже мха. А еще он должен крепко держаться в кронах деревьев, ведь за многие годы его пребывания там ни один шторм так и не сбросил самолет на землю.
Троица медленно стала подходить к деревьям, в которых нашел свое последнее пристанище военный самолет. До него от земли было никак не меньше тридцати метров, а может, и все пятьдесят. Сами же деревья, в которых запутался самолет, росли на высоту метров сто двадцать-сто тридцать и стали самыми высокими деревьями, которые видели в своей жизни Игорь, Марина и Стас.
— Что это? — глупо спросила Марина.
— Самолет, детка, — тем не менее, ответил Игорь. Наверное, пожелал снова пошутить. — Самолет янки.
— Что он здесь делает?
— Присел на ветви дичку поклевать…
— Я серьезно.
Игорь обернулся и почти зло ответил:
— Почем мне знать, что он тут делает? Свалился вследствие аварии, очевидно. Не обезьяны же собрали его из обломков нашего кораблика.
Стас, когда-то увлекавшийся авиамоделированием и имевший представление о самолетах прошлого, предположительно сказал:
— Это, кажется, американский бомбардировщик времен Второй мировой. У них на Бермудах где-то своя военно-воздушная база есть. Или была. К тому же, до побережья Северной Америки отсюда не так далеко, так что самолет мог прилететь с базы на материке.
— А нам какая с того польза? Слушайте, а вдруг американцы назначили вознаграждение тому, кто отыщет их самолетик? — Игорь снова шутил. Его настроение менялось слишком часто, что вряд ли могло нравиться окружающим. — Разбогатеем, когда вернемся на большую землю. Купим себе новые путевки на другой лайнер, поплаваем по морям. Глядишь, так мы все необитаемые острова посетим.
Он смеялся.
Марина, больше заинтересованная не самолетом, а деревьями, в ветвях которых он запутался, разглядывала исполины. Позади их густых и шикарных крон девушка видела горный массив, окутанный дымкой.
— Это секвойи, — наконец, сообщила она спутникам. — Самые высокие в мире деревья.
— Ну и что? — не понял Игорь.
— А то, что в мире не осталось дикорастущих секвой. До наших дней дожили только несколько сотен деревьев в заповедниках Калифорнии. И всё. Так что, мальчики, нам повезло.
— Пойду за свистком схожу, — пробурчал Игорь, почесывая бедро. — Отпразднуем, мать вашу.
— Я говорю совершенно серьезно, — почти обиделась Марина. — Древесина этих деревьев очень ценна: она легкая, никогда не гниет и не болеет, в ней не заводятся паразиты, ее не уничтожают лесные пожары. Из-за этих свойств секвойи давно вырублены везде, где произрастали.
— Значит, лесорубы не добрались до ЭТИХ деревьев.
Названное именем вождя племени чероки дерево могло достигать ста пятидесяти метров в высоту, а толщина ствола — десяти метров в поперечнике. Секвойя — чрезвычайный долгожитель, возраст некоторых деревьев превышает шесть тысяч лет, то есть росли они еще тогда, когда в Египте не модно было строить пирамиды. Оно не боится пожара, потому что скапливает в коре большое количество влаги, а вредители-насекомые, едва пробравшись в древесину, гибнут от особого вещества, вырабатываемого деревом. Марина знала всё это, поскольку любила читать. Подобно многим людям, которые любят читать книги и обладают прекрасной памятью, Марина знала то, что, кажется, никогда не пригодится ей в жизни. Вот и сейчас, смотря снизу вверх на исполинские деревья, девушка не имела представления, как ей воспользоваться своими знаниями о секвойях и можно ли ими воспользоваться в принципе.
— Ну что, начинаем рубить? — предложил Игорь, надменно смотря на своих попутчиков. — Продадим, разбогатеем. Ей-богу, если нам не принесет денег этот самолет, мы погреем руки на древесине. Кстати, мой папа когда-то занимался лесом в Белоруссии, по его каналам мы можем выгодно сбыть…
— Прекратишь ты когда-нибудь? — рявкнул Стас. — Лучше подумай, как нам забраться в самолет.
Игорь недоуменно уставился на Стаса.
— Скажи, пожалуйста, зачем это нам надо забираться в самолет? Улететь ты хочешь, что ли? Так и улетишь. Только не с острова, а прямо в остров.
Стас думал иначе:
— Судя по всему, самолет держится крепко. Он не сорвется. Так что я, с вашего, товарищи, позволения, попробую забраться на деревья и попасть в самолет.
