В оранжерее было тихо. Лишь президент и его распорядитель не спеша беседовали за чашкой чая. В окружении белоснежных роз и проецируемого экрана, который транслировал побег девочки-трибута от надвигающегося тумана.
Седовласый мужчина был слегка удивлён таким поворотом событий, а возникшие льдинки в глазах выражали скрытое неудовлетворение происходящим.
— Господин Крейн, не потрудитесь ли вы объяснить изюминку этого нововведения?
Молодой человек, робко откашлявшись, заговорил со всей почтительностью.
— Господин президент. Как вам известно, прошлогодние игры полюбились зрителям своей кровожадностью благодаря мистеру Ранкину. И помилует нас небеса, грядёт квартальная бойня, которая тоже сулит нам реки крови. Но боюсь, что публика может заскучать от этого зрелища. И чтобы оттенить нынешние игры и создать весомый контраст, наша команда решила прибегнуть к традиционным методам запугивания. Психологического поражения трибутов. Безмолвный туман выявит истинного победителя.
— Игры полны тумана. Неплохая задумка. Оно сможет подарить трибутам мнимое спокойствие, примиряя со своей участью. Будет успокаивать, затуманивая былую агрессию. Только вот почему Эвердин в безопасности? — презрительно взглянул на служащего.
— Мисс Эвердин смогла добежать до единственного сектора, который не затронул туман. До Рога Изобилия. Планируется, что туман, помноженный на тишину, убьёт мисс Гроссу и мисс Реггадсон. Это будет драматическим поворотом. Две союзницы, державшиеся вместе, убьют друг друга. И на финале, на кровавом финале мы столкнём мистера Уильямса и мисс Эвердин, — вкрадчиво проговаривает Сенека Крейн.
— Мистер Крэйн, ранее вы сами упомянули, что хотите сделать ставку на устоявшийся порядок. Так почему же нам не выбрать традиционного победителя?
— Да, потому и мы планируем победу Эвердин. История молодой девушки, потерявшая своего возлюбленного, тронула сердце капитолийцев, — воодушевлённо произнёс он.
— Вы меня не поняли. Ведь в пятом дистрикте давно не устраивались празднования, — хоть эти слова были высказаны довольно вежливо, но ощущения смертельной опасности охватило распорядители полностью.
— Господин, прошу меня простить, но эта трибутка не результативна. Её история на играх столь невзрачна, что никого и не заинтересует.
— Похвально, что вы думаете про рейтинг. Но неужели вас поразила наглость шахтёрской оборванки, склонной к насильственным действиям? Пожалуй, было не разумно прощать вам выставленный балл Эвердин.
Прямая угроза.
— Господин, мне очень жаль. Что я могу сделать, чтобы исправить оплошность? — он немедленно пытался выйти из трясины озлобленности президента.
— Вытащите Гроссу. В качестве альтернативы, можно остановиться и на мисс Ньюсом, — жёстко отрезал он.
— Простите, на ком? — Крейн от страха не мог вспомнить трибута с такой фамилией. Хотя, президент увидев его смущение, осёкся и спокойно добавил:
— Прошу меня извинить за оговорку. Я имел в виду, мисс Реггадсон.
— Но она ведь из второго. Как и прошлогодний победитель.
— Иногда приходится чем-то жертвовать, чтобы прийти к компромиссному решению. Люди надеются, но реальность иная. Она станет символом нерушимости нашей власти.
— Предлагаете устранить мистера Уильямса и мисс Эвердин?
— Что вы? Я просто предлагаю. Решение полностью за вами, — непринуждённо рассмеялся он.
========== Туман милосердия. Часть третья. Обретение памяти(переделанная версия). ==========
В машине было душно и маленькая я, тоскливо всматриваясь вдаль, пыталась отогнать от себя тревожную тоскливость и чувство неопределённости. Шарли спала и не просыпалась, пока родители яростно ругались в салоне.
— Хьюго, не молчи. Куда мы едем в такой туманный день? — женщина взволнованно озиралась вокруг, не замечая испепеляющего взгляда своего супруга.
— Ты смеешь после такого ещё, и заговаривать Селеста? — саркастично откликнулся он.
— Я не знала об их деятельности, клянусь. Да и ты ведь сам познакомил нас с Себастьяном и Скайлер Гроссой, — смущённо пролепетав, уставилась на пол.
— Ещё и винит меня в этом. Я всего лишь представил тебя Скайлер, чтобы ты как всегда не кисла на светском рауте. А ты, поддавшись ей, примкнула к этой секте, добровольно отдав Шарлотт на жертвоприношение. Да и накормил её успокоительными таблетками. Что было бы, если Маргарет не позвонила бы мне? Вы бы с леди Элеонор заживо сожгли бы одну из наших дочерей. Посмотрел бы я на Себастьяна, если бы её рыжую дочку захотели бы отправить на обряд, — взревел он, потирая виски и следя за рулём одновременно.
Они говорят про Франческу? Миловидная подружка Шарли с коралловым бантиком, которая продавала малиновый лимонад?
— Ты не понимаешь, Хьюго, — хмуро прошипев, подняла она голову.
— Что не понимаю? Что у нашей шестилетней дочери больше ума, чем у моей жены? — с ненавистью переспросил мужчина.
— Нет, жрица сказала, что у нашей дочери тёмный дар. И если её не очистить огнём, она навсегда застрянет в лимбо.
— Селеста, ты сошла с ума. Ты хоть понимаешь, что ты несёшь? Огненное аутодафе? — он панически стукнул по рулю.
