За женщиной поплёлся без особого энтузиазма. Не было у меня ни времени, ни желания рассиживать, да беседы всякие вести. Вполне может статься, что уже в ближайший час начнется кровавое представление. Хотя, что-то мне подсказывает, что не начнут они так споро.
Во-первых, могут надавить на Картена. Слишком много вложено в него средств, и найти двух беглецов задача нетрудная. Вот только, как поведет себя Гитцу, мне совершенно непонятно.
Во-вторых, у них наверняка есть понимание, что какой-то там залетный, пусть и оборотень, но не в состоянии поднять шумиху. Опять же, перво-наперво расшевелят Картена и он про меня всё выложит. И вот здесь, просчитать мой этот ход? Сильно, в общем, сомневаюсь. Нет, то, что Картен выйдет на Гитцу, или же она на него, сомнений не вызывает. Но вот как всё сложится дальше, предугадать практически невозможно. Всё-таки высокие чувства, да.
Может, конечно, статься, что и Гитцу погонится за властью, наплевав, при этом, на окружение. Рассчитывать на человечность? Здесь? В общем, реальность всё расставит по своим местам.
Как я уже говорил и не раз, Гитцу баба умная. Осталось теперь проверить, насколько этот ум работает в разрезе их отношений с Картеном. Что ж, надеюсь она поступит правильно и её «дочери» будут повыше плотских утех, или, что там у них за отношения.
Пока гонял в голове мысли, обширные залы борделя сменились кабинетом на втором этаже. Уютный, небольшой и со стойким знакомым запахом. Бакумэ?
— Кабинет Бакумэ, — подтвердила женщина. — Это место целиком и полностью её детище.
— Я бы может и повосторгался, но как-нибудь после, — уселся на указанное кресло. — Сейчас есть дела поважнее.
— Ты вообще осознаешь во что собираешься влезть? — с ненаигранным интересом поинтересовалась женщина.
— Не особо, — пожал плечами. — Да и не хочется, если честно. Последние деньки как-то не ощедрились на отдых.
— Ты что-то говорил про Гитцу, — хмуро бросила женщина, но закончить не успела.
Прервал её стук в дверь и после короткого обмена взглядами, то сама к ней прошла. Я-то уже знал, кто там стоит, поэтому отнесся спокойно.
Поднос с графином морса и два вида мяса: тушеное с овощами и просто жареное, в каком-то зеленоватом соусе. Запах — моё почтение! Дополнением была бутылочка вина, которую дама налила себе практически сразу. Под звук работы челюстей, она неспешно потягивала напиток, отдающий сладковатым ягодным запахом.
— Как понимаю, — нарушила она молчание, — прогулка по улицам подразумевает нечто большее?
— Театр имперский, — мотнул головой. — Там много ушей, главное звучать погромче.
— Ты, — не нашлась, что сказать, женщина. — Псих. Если привлечёшь ИХ внимание, назад дороги не будет. Что-то мне не верится, что ты в ножки там падать будешь.
— Да не, не сгущай ты краски, — махнул я рукой. — Главное, быть услышанным. А там, шестеренки в любом случае крутиться начнут. Уф, наелся я. Вкусно. Почаще заглядывать буду, особенно вот этот вот зеленый соус понравился. Ну, и твоя компания тоже.
Помигивать не стал, но взгляд удержать не получилось. Вильнул он, да, вильнул. Но я не виноват! Тут даже наоборот, медаль мне положена. Ведь за всё время я только в глаза и смотрел. А там, признаться, было на что посмотреть. Особенно в разрезе одежды, да и обстановки, в целом.
— Подрасти сначала, — фыркнула она. Забавно, но учащенное на несколько секунд сердцебиение я расслышал. — Театр, значит? Имперский. Внутрь, надеюсь, не собирался? Хотя, кто тебя пустит. Сиди пока, сейчас принесу пару вариантов.
Тринадцать, если быть точным.
На мой охреневший от этой кучи шмоток взгляд, женщина даже ухом не повела. Закатила в кабинет вешалку и стала пристально сверлить меня взглядом.
— Ну-ка встань, — командным тоном бросила она. — Ага. Худощав, но хоть с ростом повезло. Смазливая мордашка, ну тут пару годков подождать. Слушай, Рэм, а сколько тебе лет? Просто, ну, у вашего брата и в тридцать вот так могут выглядеть.
— Я старше, чем кажусь, — улыбнулся одними губами.
— Да? — удивилась она. — Тогда раздевайся. Это вот твою форму не красит. Как мешок, ей боги.
Пока женщина крутилась возле вешалки, доспехи сумеречных оказались в стороне. Благо, застежки там удобные, да и вообще в этом плане комплект продуман на все сто. Что в части надевания, что снятия.
— Так, ну вот попробуй-ка это, — с этими словами женщина повернулась ко мне, да так и застыла.
Взгляд её прямо-таки прикипел к моей шее. Да, сейчас уже дыры практически не осталось, но и кожи на ней тоже пока не появилось. А уж, если учесть, что в ошметки размолотило знатно, зрелище и сейчас не из приятных. Рубцы нарастающей ткани, где-то всё еще кровоподтеки и сукровица. Чесалось всё кошмарно, но терпел.
— Это кто ж тебя так пожевал, — тихо пробормотала она.
— Да не суть, — отмахнулся я. — Давай только без рюшечек всяких. Что-нибудь строгое и простое.
— Д-да, — кивнула она, слишком резко отвернувшись.
