— Я бы и перекусить не отказался, — улыбнулся во все свои идеальные тридцать два. — Мясного.
Но всё это прошло мимо, когда краем глаза заприметил, как вся компания встала из-за стола и гурьбой направилась в сторону выхода. Их взгляды скользили по помещению, по несколько секунд задерживаясь на практически каждом посетителе.
— Дамы, — кивнув головой, встал я со стула, — прошу прощения, но вынужден покинуть вашу прекрасную компанию. Дела.
Взгляд женщины выцепил причину мгновенно. Её глаза расширились, а после она вернула себе привычный вид с легкой улыбкой. Только взгляд остался колючим и неприятным.
— Малыш, — тихо, практически одними губами, бросила женщина, — это люди Картена.
— Ему же хуже, — пожал я плечами. — Уменьшу количество его бойцов еще сильнее.
Она хотела меня остановить. Даже рукой дернула, в попытке схватить за куртку, но меня рядом уже не было. Проскользнуть меж двух проходящих мимо мужиков, чтобы после, замереть за колонной, пока взгляды скользят мимо. Оп! Замешкались, откликнувшись на какого-то проходящего мимо дедка. Тот, навеселе полез ручкаться, активно при этом махая своими граблями. То, что нужно. Пара десятков метров позади за один, практически рывок и вот я на улице. Пропускаю немолодую низкую женщину, лишь мазанув по ней взглядом. Та на меня и вовсе не взглянула, но оно и понятно. Уже снаружи срисовываю местность, отмечая удобные заросли. Поворот чуть дальше, где куцый фонтан разбрасывает тонкие струйки воды. Её журчание, вместе с насаженными кустами создают практически отдельный загон. И даже стоны откуда-то сбоку мне совершенно не мешают. А вот жертва со своими новыми друзьями уже на улице и говор их с легкостью достигает слуха.
— Я видел его так же ясно, как и тебя сейчас! — процедил покойник.
— Уставший разум способен и не на такое, — пожал плечами его собеседник. Мужик с густой бородой и в одежде, больше подходящей какому-нибудь торговцу, нежели воину. — Ты мне лучше скажи, нашел или нет?
— Перепрятал он его, — скривился покойник. — Как шмон был, ни заначки Лика, ни клинка. И словом не обмолвился.
— Жаль, жаль, — покачал головой мужик. — Ты рассказывал, что он без особых усилий, этого, как его, Зака, верно, в лурговый хвост согнул. Еще что-нибудь про него сказать можешь?
Это я удачно заглянул.
— Оборотень он, как пить дать оборотень, — мотнул головой покойник. — Ты просто не видел, в какую тварину он обратился, когда за Хрусом погнался! Там никто, даже Шрай ему помехой не стал.
— И это лучшее доказательство вашей бесполезности, — скривился мужик. — Молодой, говоришь, совсем?
— Лет шестнадцать на вид, — проглотил оскорбление будущий труп. — Смазливый, но с уродством на морде.
Весь разговор проходил в движении. От борделя Гитцу отошли мы метров на сто, а я всё скрывался в тенях, ориентируясь практически на слух. Кажется, одна из ниточек себя проявила и теперь, чем больше информации успею словить, тем лучше.
— Еще полезного что сказать можешь? — продолжил допрос мужик.
— Всё, что знал, выложил, — поднапрягся покойник.
И не зря.
— Хорошо, — спокойное в ответ. — Как договаривались — тебе.
Шелест и звук пронзания плоти. Следом еще один и горловое захлебывание.
Судя по дальнейшим звукам, неизвестный и его сопровождающие стояли и наблюдали за смертью.
— Такой вечер испоганил, — так и пронеслось перед глазами медленное покачивание головой. — Можете быть свободны. Дальше я сам. Картену передайте, что наши договоренности в силе. Он может действовать на своё усмотрение.
— Гост, — начал было один из мужиков, но был перебит.
— Гарант местничковых правил, — усмехнулся мужик. — Меня они интересуют мало. Место я вам освобожу и не дурак если, сам разберется, как грамотно лапу на всё наложить. Свободны!
В последнем слове не услышать раздражение мог бы только глухой. Именно поэтому шаги остальных удаляться стали практически сразу. Ну, а я, лишь прикрыл глаза, ощущая, как слаживаются части пазлов целой картины. Картен определенно замешан в сливе Лика, но замешан не сам, а при помощи пинка вот этого непонятного типа. И судя по пренебрежению в тоне, тут явно пахнет Верхним городом и аристократией. Но, всё это меркнет перед тем фактом, что этот ублюдок решил разобраться со всем сам. А значит, значит, до таверны он дойти не должен. Во-первых, МОЁ! Во-вторых, разговором здесь и не пахнет. И вот здесь, не зная уровня силы этого мужика, отдавать ему право первого хода не хочется. Не слабак, однозначно. То есть, начинать нужно мне и желательно так, чтобы сразу на глушняк. Лург!
Тонкий гул сверху и ощущение опасности заставили сорваться с места молниеносным рывком. Там, где я только что стоял, в землю вошла, словно металлическая игла двухметровой длины. Облако пыли накрыло приличный участок, даруя мне толику форы. Ведь зачем прямой визуальный контакт, когда есть биение сердца?
— Шустрый мальчик, — донесся до слуха голос мужика. — А тебя не учили, что подслушивать нехорошо?
