Стремясь остановить шествие захватчиков по территориям людей, отдел «Р» ставит целью уничтожение главного иноземного координатора. Выбранные для этой цели Джим Симмонс и Тони Тайлер, хорошо зарекомендовавшие себя в предыдущих операциях отдела, проходят подготовку на пустынной планете Кикасо. Чтобы выполнить задание, им предстоит овладеть оружием захватчиков, столкнуться с новыми монстрами – «кибберами» и «брейвами», а также научиться скрываться от спутников и, расплачиваясь болью, растягивать время.
Когда-то Джиму казалось, что хуже джунглей Междуречья на материке Тортуга, планета Ниланд, и быть ничего не может: змеи, пауки, сороконожки и расплавляющие волю духота и сырость, а еще эти изматывающие длинные дождливые сезоны, когда солдаты на базе начинали чувствовать себя лягушками. Эх, но что бы он сейчас не отдал, чтобы отдохнуть на базе, побродить вдоль болот, непринужденно сбивая с веток шипохвостов, подразнить на реке зурабов – шестиметровых бескомпромиссных хищников.
Как там говорят: что имеем – не храним, потерявши – плачем.
Маршрутизатор на запястье коротко пискнул – можно было идти. Джим сбросил с головы капюшон светоотражающего плаща и, закинув на плечо неподъемную КПТ, побежал по осыпающемуся склону дюны.
Паралакс жарил нещадно, его синеватые лучи словно вознамерились размазать Джима по красноватому песку. Хотелось упасть и закутаться в плащ: хоть какое-то облегчение в этом пекле. Джим избегал смотреть на термометр. Что толку? Ну узнаешь, что воздух раскален до семидесяти восьми градусов по Цельсию, так от этого же только хуже станет!
Джим поправил сползавший респиратор, от которого нестерпимо несло дезинфектором.
Снова запел зуммер, на этот раз протяжно, – это означало, что осталось только тридцать секунд на то, чтобы лечь на песок и, завернувшись в светоотражающий плащ, затаиться в ожидании следующего «окна». Где-то высоко на орбитах планеты плыли спутники, и их было достаточно, чтобы испортить Джиму жизнь. Они просеивали каждый камушек в этой пустыне, но иногда всего на пару минут теряли его квадрат из виду, и тогда заложенная в маршрутизаторе программа давала команду: беги!
Закутавшись в плащ, Джим начал себя успокаивать: этого пекла нет, оно только кажется. В инструкции по эксплуатации плаща было написано, что он поможет и при двух сотнях градусов. Главное – не паниковать и успокоиться, тогда станет прохладнее. Но – не становилось.
Пот уже заливал глаза, не успевая впитываться в накладки респиратора, в ботинках хлюпало. Помня рекомендации Инструктора, Джим стал налаживать дыхание. Это отвлекало его, и, кажется, плащ начал справляться. Или он сам успокоился?
На КПТ лежать было неудобно, но с этим ничего поделать было нельзя, оружие требовалось закрывать, не то раскалится так, что потом и не схватишься. Можно, конечно, стрелять в перчатках, но пострадает точность.
Джим вздохнул: как все надоело! Под плащом было светло, он пропускал достаточно света, чтобы разглядеть показания маршрутизатора, не пользуясь подсветкой. До следующего «окна» оставалось минут десять. Дышать и еще раз дышать. Кажется, начали действовать поглотители воды, в ботинках стало суше, и нитробелье перестало липнуть к спине.
Неожиданно на светлом фоне плаща появилась тень. Джим замер. Человека он бы услышал. Так и есть – проволочник! Слепая, живущая в толще песков змея. От ее яда у Джима был антидот, но проволочник мог не только ужалить, но и полоснуть острым как бритва хвостом.
«Ну уходи же, скотина, уходи!» – мысленно приказывал Джим. До появления «окна» оставалось совсем мало, а объект был уже где-то рядом, две-три дюны – и на позицию.
Тень змеи качнулась раз, другой, Джим почувствовал, как скрипит песок, – проволочник ввинчивался в его толщу, чтобы дождаться ночи.
Стало тихо и даже как-то уютно под защищавшим от нестерпимого жара волшебным плащом. Спецобмундирование и нитробелье тоже работали хорошо, правда, только теперь – во время движения они не спасали. Немного «фонили» перчатки, пропуская исходящее от раскаленного песка тепло. Но терпеть было можно.
Пискнул маршрутизатор: давай! Джим разом сбросил плащ, подхватил КПТ и помчался вниз по склону дюны к следующей вершине. Жара снова начала брать свое, сердце гулко билось, а под одежду будто залили горячего сиропа – давно знакомое ощущение. Пропитанное химикатами нитробелье связывало воду, правда, эффект от его работы наступал лишь через несколько минут после очередного привала.
Маска респиратора стала сползать, в лицо пахнуло как из кузнечного горна. Заплывающий потом и изнемогший, Джим на одной только силе воли взобрался на вершину и услышал длинный зуммер: квадрат снова попадал под объективы спутника.
Джим плюхнулся на песок, даже не успев осмотреться. Где-то неподалеку должен быть объект. О том, что он опять мог заплутать и потерять ориентацию, думать не хотелось. Джим посмотрел на экран маршрутизатора. До «окна» оставалось совсем немного, нужно лишь закрыть глаза, постараться успокоиться и не думать о том, сколько еще рывков до цели.
И снова сигнал. Джим сбросил с лица капюшон, подхватил КПТ и тут же снова упал на горячий песок – впереди, метрах в четырехстах, в туманной дымке подрагивал силуэт объекта.
Сразу забыв про жару, Джим сдернул с пояса бинокль, не глядя снял с окуляров накладки и поднес прибор к глазам.
