Остаток дня прошёл как в тумане. Гарри никому не рассказал о случившемся. Он вообще мало говорил. Он был слишком погружён в свои мысли, чтобы обращать на что-либо внимание. Он понимал, что больше ничем не мог помочь профессору Дамблдору. Он бы только мешался. В конце концов парень спросил себя: а какое право он имел требовать ответов? С каких это пор Дамблдор стал рассказывать ему обо всём происходящем?
Проблема была в том, что логика никак не помогала избавиться от беспокойства и страха, которые Гарри испытывал, вспоминая о том, каким беспомощным был директор. Если такое могло произойти с Дамблдором...
* * *
В течение следующих пары недель казалось, что ничего и не случилось. Профессор Снейп как обычно ко всему придирался, мадам Помфри ни разу не упомянула о произошедшем, а профессора Дамблдора практически не было видно. В действительности Гарри видел его всего пару раз, и раненная рука директора была всё такой же чёрной. Гарри старался не встречаться с Дамблдором взглядом и игнорировать тот факт, что директор наблюдает за ним. Он догадался, что у Дамблдора тоже были вопросы, особенно касательного того, откуда Гарри узнал, что он был в опасности.
К счастью, у Гарри было мало времени на беспокойство. Бесконечные уроки, квиддич, тренировки, уроки целительства и встречи О.З. оставляли мало времени на что-то помимо домашней работы. Три раза в неделю проходили квиддичные тренировки, после которых все члены команды были помятыми и измотанными. Члены Совета с седьмого и шестого курсов всё ещё усердно работали над невербальными заклинаниями в дополнение к маггловской защите, чтобы иметь возможность помогать Гарри и Сириусу во время собраний. Джинни и Луна тоже пытались накладывать заклинания без слов, но ни у одной из них так ничего и не получилось, и они решили сосредоточиться на патронусах. Планка на тренировках с Сириусом поднялась выше, так как постепенно Гарри приноровился без слов накладывать простые заклинания, не затрачивая больших усилий. Мадам Помфри тоже перешла к материалу посложнее, начав учить Гарри тому, как с помощью магии обращаться с пациентами. К концу каждой недели Гарри был настолько измотан физически и психически, что не мог заставить себя волноваться ещё и о том, что происходит с Дамблдором, Волдемортом и министерством.
Ремусу постепенно становилось лучше, и к октябрю он уже мог пройтись от Комнат Мародеров до библиотеки и обратно, не чувствуя усталости. Это дало Ремусу больше источников для исследовательского проекта Ордена, а также бесконечных попыток понять, кто же такой Принц-Полукровка, и поисков информации об эмпатах, особенно после того, как он узнал, что Хогвартс захлестнул Гарри чувствами... опять. Гарри не стал вдаваться в детали, но в общих чертах обрисовал ситуацию, так как поклялся больше никогда ничего не скрывать от своих опекунов. Это он им уж точно задолжал.
К огромному облегчению Гарри, профессор Слагхорн лишь ещё один раз загнал его в угол, спросив об одолженном учебнике зельеварения. Гарри не оставалось другого выхода, кроме как сказать ему, что он отдал книгу Ремусу, который помогал ему справляться с предметом. Профессор Слагхорн явно удивился, услышав, что одному из его лучших учеников требуются дополнительные занятия, но замаскировал это, похвалив Гарри за то, что он проявил инициативу и попросил о помощи. Похоже, по мнению Слагхорна, Гарри просто не мог совершить ошибку, что бесконечно раздражало парня.
К концу второй недели октября большинство студентов с предвкушением ждали первых выходных в Хогсмиде. Всем ученикам не терпелось сбежать подальше от всех этих ограничений, связанных с безопасностью... всем, кроме Гарри, который всё ещё находился «под домашним арестом». Он проведёт день с Сириусом и Ремусом, закрывая задолженности по домашней работе и заканчивая последние приготовления к вечернему собранию О.З.
Честно говоря, Гарри был рад поводу остаться в школе. Хоть он и не отказался бы вырваться из оков безопасности, он не горел и желанием идти туда, где люди будут смотреть на него и перешёптываться. В Хогвартсе обстановка наконец начала сглаживаться. Так зачем опять подвергать себя этому стрессу?
Когда настало утро, Гарри встал пораньше для тренировки с Сириусом, которую пришлось перенести в Выручай-Комнату из-за жуткой погоды снаружи. Они потратили два часа, обсуждая способы распознавания невербальных заклинаний, чтобы суметь должным образом защитить себя от них, а затем отправились в Комнаты Мародёров, чтобы пообедать с Ремусом. Тот ждал их со свитком пергамента, на котором Гарри распознал знакомый косой почерк. Его следующий урок с профессором Дамблдором был назначен на вечер понедельника. Гарри встретил это известие со смешанными чувствами. Он знал, что должен продолжать эти встречи, но не был уверен, сможет ли сидеть напротив директора и вести себя как ни в чём не бывало.
