—
Лаз под забором оказался заколочен.
— Что делать? — Растерялась я. — Забор-то высоченный и гладкий. Я не перелезу.
— Пойдем дальше, — успокоила Мирна. — Здесь этих лазеек, как пиявок на драконе.
Мы обошли весь лагерь по периметру, но не нашли ни одной щели, куда я смогла бы пролезть. Кто-то очень постарался перекрыть нам дорогу к Локи. Похоже, битва, о которой они все здесь говорят, уже началась, и мы — первые проигравшие.
— Можно отложить на завтра, — предложила Мирна. — Раз такие меры безопасности, тебя там могут ждать, и встреча будет не из приятных.
— Подумаешь, меры безопасности, дыры в заборе заделали.
— Если хочешь, можем сейчас сходить к твоему Илаю. Может, он что-то придумает?
Можно и к Инсилаю. Может быть, поговорить удастся без помех. Мы потопали обратно в город.
Жители Ваурии, видимо, вели здоровый образ жизни, и нам не попалось ни одного прохожего. Стража на площади как обычно спала, хоть и на посту. Говорить можно было сколько угодно. Мы остановились шагах в двадцати от клеток. Мирна проявила тактичность и, убедившись в полной моей безопасности, отправилась поискать что-нибудь из еды.
Инсилай ничком лежал на полу клетки, не подавая признаков жизни. Мне в первый момент показалось, что он тоже спит. Но Илай не спал. Услышав мои шаги, он приподнял голову, в темноте сверкнули глаза. Я увидела тяжелые золотые кандалы на его припухших разбитых запястьях и глубокие, запекшиеся кровью царапины на загорелой шее. Мне снова стало тоскливо-страшно. Я вспомнила мрачное предсказание Локи: «Он может не дожить до казни». Это окончательно испортило мне настроение, но я взяла себя в руки и выдавила подобие улыбки. Илай оперся ладонями об пол и с видимым усилием поднялся на колени.
— Привет, — сказала я. Почему-то в его присутствии я делаюсь косноязычной.
— Привет, спасительница, — откликнулся Инсилай. Не поймешь по его голосу, он надо мной издевается, или серьезно.
— Как настроение, боевое?
— С какой стати? — удивился он. — Если бы я и хотел сейчас с чем-нибудь повоевать, так это с хорошо зажаренной бараньей ногой.
— Мирна сказала, что тебе нельзя есть, — вздохнула я.
— Кто такая Мирна, и почему она решила, что уморить меня надо именно голодом? — поинтересовался Инсилай.
— Она приносила тебе воду сегодня.