— Нет, — немедленно откликнулся Ронни, хотя его никто не спрашивал.
Они беседовали уже больше часа. Миниатюрная хорошенькая Айка, взлохмаченная Мирна и разом повзрослевший в обществе двух дам Ронни. Айка вышла на поляну, когда Ронни с Мирной присели передохнуть, и осталась с ними. Стоило ей появиться, и мир изменился. В нем появилась определенность, и Мирна с Ронни это немедленно почувствовали.
— Кто ты? — спросила тогда Мирна, разглядывая незнакомку.
— Айка, — представилась девушка и отбросила с головы капюшон. Длинные черные волосы рассыпались по ее плечам, с бледного, удивительно правильного лица взглянули темно-синие глаза. Ронни заглянул в них и немедленно утонул в головокружительном омуте.
— Эй, — дернула его за рукав Мирна, заметив неладное, — если ты забыл, мы тут по делу.
— Я — ваше дело, — с улыбкой сообщила Айка, присаживаясь на траву. — Ведь вы пришли с Посланником…
Они разожгли костер и долго-долго говорили о Битве. Точнее, говорили Мирна с Айкой, Ронни молчал и слушал. А затем выяснилось, что Айка — Отшельник, которого они так долго и безуспешно искали, но именно сейчас, когда появилась возможность хоть на шаг заглянуть в будущее, все вопросы, как назло, выветрились из головы.
— Мы хотели помочь Инсилаю найти Меч, — сказала Мирна, вороша палкой костер.
— Не волнуйся, — успокоила Айка, — он уже нашел все, что искал, и, кажется, потерял то, чего не имел.
— Меч у него? — удивилась Мирна. — Но ведь Илай пошел в Альвар и не собирался никого искать.
— Не всегда нужно искать, чтобы найти, — вздохнула Айка. — Бывает, обстоятельства находят нас.
— Ты говоришь так, будто у Илая проблемы, — подумав, сказала Мирна.
— Пока нет, но обязательно будут.
— Таур убьет его в Битве? — Мирна посмотрела в глаза Отшельнице.
— Нет, в бою Илай не умрет. Его настигнет Стрела Равнодушия.
— Что это? — удивилась Гаара.
— Страшная рана, если стрелу выдернуть, и полное безразличие, если дать ей растаять.
— Не поняла, — пробормотала Мирна.
— Придет время, и все встанет на свои места.
— Я боюсь, — почти прошептала Мирна. — Что-то пойдет не так. Случится что-то страшное.
— Может быть, да, а может быть, нет. Это очень далекое будущее, я его не вижу.
— Неужели ничего нельзя сделать?
— Почему? — удивилась Айка. — То, что еще не произошло, всегда можно изменить, нужно только постараться.
— Что могу сделать я?
— Напомнить Илаю, что за свободу нужно бороться до последнего дыхания, что нет боли страшнее, чем сознание вечного рабства, а минута слабости иногда стоит долгих лет страданий.
