— Плохо, но не смертельно, — Локи обернулся к Мане, внимательно следившей за нашей беседой. — Придется отправиться в крепость, девочка. Ты готова?
— Да, — она сделала шаг вперед, ее зеленоватые глаза сверкнули в темноте.
— Пошли, — Локи встал с камня и взял меня за руку. Другой рукой он держал сумку.
— Мой кузен будет ждать нас завтра в полночь у тайного хода, — сказал я. — Скоро утро, мы не успеем проскочить посты до рассвета.
— Мы проскочим их через пару секунд, — успокоил Локи, — возьми Маню за руку и попытайся вспомнить крепость во всех подробностях.
— Изнутри или снаружи?
— Я не собираюсь бегать вокруг замка, вспоминай изнутри.
Я взял руку Мани, и ток пробежал по моему позвоночнику. Ее пальцы, нежные и прохладные, как лепестки белой лилии, навели в моих мыслях полный сумбур. Только этим я могу объяснить то, что, изо всех сил пытаясь представить себе покои кузена Дью, я почему-то увидел коридор нулевого уровня, куда, как и обещал Локи, мы все втроем через пару секунд и попали.
<p>Глава 57</p>Вихрь исчез, мир остановился. Кира стояла посреди маленькой полутемной комнаты. Где-то под самым потолком тусклые слепые оконца, низкая деревянная кровать у стены, стол, заваленный какими-то склянками. Воздух, сырой и холодный, был так пропитан запахом лекарств, что его можно было глотать, как микстуру.
— Кира!
Она увидела его и окаменела. Кирилл лежал в постели. На осунувшемся лице жили только глаза, остальное казалось мертвой маской. Увенчанная перстнями рука, бессильно лежащая поверх простыни, белизной могла успешно соперничать с полотном. Всегда уложенные волосы Кирилла небрежно разметались по подушке. Кира ахнула и бросилась к возлюбленному.
— Господи, что случилось? — она остановилась в полушаге от кровати, боясь дотронуться до него.
— Ничего страшного, — голос его был тихим и усталым, — все нормально. Я так рад видеть тебя. Ты мне очень нужна, любовь моя.
— Великий Мерлин, что происходит? — Кира упала на колени у постели больного и прижалась щекой к его руке. Кирилл вздрогнул.
— Не бойся, моя королева, — он провел пальцами по ее щеке, — все будет хорошо. Поцелуй меня.
— Что с тобой, — она коснулась губами его пальцев, они были очень сухими и горячими, — у тебя жар?
— Успокойся, ты со мной, и я уже почти здоров. Какое счастье, что ты есть… — он приподнялся на локте и поцеловал Киру. Легкая простыня скользнула вниз. Кира вскрикнула и отшатнулась, увидев бинты с пятнами крови на груди Кирилла.
— Что это? Ты ранен? — с ужасом прошептала она.
— Совсем несерьезно, моя королева.
— Несерьезно? Да ты весь в крови! Кто ранил тебя? За что? Почему?
— Это просто война, Кира. И мне пришлось в ней участвовать.
— Ты был на войне? — она удивилась и испугалась. Война — это кровь и смерть.Его же могли убить, она чуть не потеряла его. — Господи, что происходит?! — она искренне не понимала, как этот удивительно умный, галантный, сказочно богатый человек мог оказаться в кровавой мясорубке войны.
— Так получилось. Но все уже позади.
