Звонок в передней снова надрывался квази соловьиными трелями.
— Я сегодня кого-нибудь убью! — Лика фурией вылетела в коридор. — Не дом, а проходной двор!
Анжелика была необыкновенно хороша сегодня. К визиту Горохова она надела скромный, но милый сарафанчик (немного красного, немного черного, короче, всего немного), при известной сноровке умещавшийся в кулаке, и сандалии от Гуччи: хитросплетение кожаных ремешков, металлических колечек, пряжечек и жемчужин. Копну своих черных волос Анжелика уложила в замысловатую ракушку, что делало ее похожей на японскую гейшу.
Обнаружив на пороге капитана Горбулю, Лика схватилась за сердце и прошипела:
— Что еще?
— Я, это, у Вас тут береточку свою забыл, — жизнерадостно сообщил следователь и просочился в квартиру с отработанной сноровкой. Анжелика вздохнула, смирилась и пошла следом. Капитан прошел в кухню и, хоть расстался с Гороховым не больше пятнадцати минут назад, вежливо поздоровался. Вадим Игоревич слегка ошалел, но не менее вежливо ответил.
— Он за бере… — начала было Лика, но осеклась на полуслове: из кармана Горбули торчал злополучный черно-бурый берет.
От такой наглости она потеряла дар речи, а когда набрала полные легкие воздуха для разгромного разоблачения капитанских уловок, в кухню ворвалась совершенно незнакомая женщина, в которой Альвертина узнала бы свою мать, Варвара — сестру, а Ронни — мадам Катарину.
— Где моя дочь?! — с порога заорала дама. — Куда вы с Машкой дели моего ребенка?
— Это Ваша жена? — поинтересовался Горбуля. — Вы, значит, уже втроем ненервничаете?
— Да Вы что! — немедленно открестился Горохов. — Я ее впервые вижу.
— Где Альвертина? — продолжала бушевать вновь прибывшая женщина.
— Так Вы не Алису ищете! — обрадовался капитан. — Значит, еще кто— то пропал?
— Где моя дочь? — не удостоив вниманием Горбулю, Катарина наступала на Лику в лучших традициях одесского привоза. — Ну что на меня вылупилась, устрица линялая, где она?
— А Вы кто будете, гражданочка? — не унимался капитан. — Анжелика Варфоломеевна, Вы эту дамочку знаете?
— Не имею чести, — сквозь зубы сообщила Лика.
— Уймите этого любознательного субъекта, или я за себя не ручаюсь! — Катарина была в бешенстве. — Где Машка?
— Пять минут назад была в соседней комнате, — любезно сообщил следователь.
