– Итак, господин Велес, кто?
– Я ничего не утверждаю, но об этом знал только один. Наблюдатель.
– И он сообщил все это тебе, а не независимой комиссии? – не поверил Корн своим ушам. – Но почему?
– Это лишь мои предположения, насчет Наблюдателя. Ко мне обратился анонимный доброжелатель. Если хочешь знать мое мнение – это посредник.
– Но если это правда, чего я даже в мыслях не допускаю, откуда такая секретность? Обратились бы прямиком к Высшему, если жаждут справедливости, или ко мне – если хотят денег.
– Мне кажется, хотят того и другого, но очень боятся.
– Ничего удивительного, шантаж – бизнес трусов, – Корн был вне себя от злости. В глубине души он вполне допускал справедливость обвинений в адрес дочери.
– Да, но на сей раз, похоже, боятся не тебя, не меня и не магистральной полиции.
– А кого? – огрызнулся Корн. – Тени Великого Мерлина?
– Не знаю, что произошло в Запределье, но это что-то, кажется, серьезно ущемило интересы Школы Скорпиона, – помолчав, ответил Велес. – Требуя с тебя деньги за молчание, он или она до смерти боится, что об этой сделке прознает Черный Локи. Отсюда и длинная цепочка посредников. Мне информацию передала Лора.
– А как она ее получила?
– Голубиной почтой. Письмо без подписи, почерк не определить – постоянно изменяется.
– И сколько этот аноним хочет за обоюдное соблюдение тайны?
– Семь миллионов мерлинов.
– То есть ровно столько, сколько стоит сегодня моя доля акций «Пегаса», – прищурился Корн. – Неплохая осведомленность.
– Три дня назад твои акции стоили десять миллионов, – напомнил Великолепный, – но цифра семь была названа уже тогда.
– То есть, три дня ты знал и молчал? Ну, знаешь, это уж слишком. Мог бы и раньше сообщить!.
– Меня об этом никто не просил.
– А сам ты, конечно, не догадался…
– Я не настолько прозорлив, – Велес бросил на стол небольшой свиток. – Вот. То самое послание. Читай.
Корн с опаской взял письмо в руки. Тончайшей выделки пергамент, на мерцающей серебристой поверхности – единственное предложение. Семь слов. Буквы постоянно меняют очертания, наползают друг на друга, рассыпаются в беспорядке и вновь складываются в слова.
– «Молчание о Ваурии стоит семь миллионов монет», – растерянно прочитал Корн. – И что?
– И все. До сегодняшнего утра я считал это чьим-то розыгрышем.
– А сегодня утром тебя осенило, – мрачно сказал Корн.
– Нет, сегодня пришло продолжение. – Велес выложил на стол второй свиток.
