Мы вошли в тауровскую резиденцию не с черного, а с очень черного хода. Нас встретили кучи мусора под ногами и цепкие ароматы летней помойки. Гаара шарахнулась назад, стукнулась о стену, обретя человеческую сущность, и в ужасе прошептала:
– Она в эту сторону не работает.
Меня это не удивило. Говорил же, сначала выясни, как мы отсюда выйдем, но кто ж меня слушал.
– Что, уже уходим? – беззлобно передразнил я.
– Ты что, не понял? – зашипела Мирна. – Мы здесь застряли.
– Слушай, я тебя не пойму. То ты рвешься сюда, то отсюда. Ты бы разобралась со своими желаниями, – я сделал робкую попытку пойти вперед. Под ногами чавкала и попискивала какая-то зловонная жижа.
– Смотри, не утони, – ехидно посоветовала Мирна.
Черт бы ее побрал с ее советами. Я и сам уже жалел, что не воспользовался главным входом, может, там не так темно и грязно?
Где-то вдалеке что-то грохнуло, и послышались голоса. В конце нашего коридора забрезжил тусклый свет, и закачались длинные черные тени. Я непроизвольно прижался к стене. Вскоре свет пропал, и голоса смолкли.
– Может, мы пойдем, а то я скоро задохнусь в этой клоаке! – прошипела Мирна.
Схемы переходов у нас не было, так что мы могли либо бесконечно долго идти вперед, либо искать проход в стене на ощупь, тыча кулаком в камни. Мы совсем уже, было, отчаялись, когда совершенно неожиданно оказались на перекрестке.
– Что дальше? – шепотом спросила Мирна.
– А я откуда знаю? Сосредоточься и ищи сигнал.
– Давно пытаюсь, только ничего нет. Очень сильное защитное поле.
– Может, просто маяк работает на энергии носителя, а какая энергия у покойника? – предположил я.
– Сигнал мог исчезнуть по совершенно другой причине, – устало сказала Мирна. – Если Инсилай вернулся в Эйр… Это слишком далеко отсюда, чтобы поддерживать чары чужой физической оболочки. Давай решать, что делать будем. Дороги-то три, куда пойдем?
– Бросим монетку, – предложил я. – Орел – направо, решка – налево.
– Вариант «прямо» исключается? – уточнила Мирна.
– Да нет, наверно, – неуверенно сказал я и попытался сосредоточиться на запавшей мне в память разбитой руке волшебника, волочащейся по камням. Особой уверенности не было, но мне показалось, что он почти рядом и идти за ним надо налево.
– Что надумал? – поинтересовалась Мирна.
– Предлагаю пойти налево.
– Хорошо, – неожиданно мирно согласилась Гаара, – идем налево. Там мы еще не были.
Мы прошли еще немного, когда коридор вдруг внезапно оборвался, и мы оказались посреди огромного подвала. Не знаю почему, но я был твердо уверен в том, что нахожусь в десятке шагов от Инсилая.
