До пещеры я добрался, как и заказывал Дью, без приключений. Спешил проскочить до рассвета. Успел, но устал, как собака. Передохнул чуть-чуть, принял душ и начал пристраивать серьгу. Чем ближе было исполнение цели, тем безнадежней мне казалось мое предприятие. Ну с чего я взял, что кто-то придет на помощь. Правильно ли я понял Мирну, кто подтвердит, что она сказала правду, кто гарантирует, что она не ошиблась в своей вере в Локи…
Нельзя пользоваться магическими предметами, не веря в их силу. Я знаю, что помощь придет. Знаю и верю. Просто нужно чуть-чуть подождать. Я подожду. Может быть, и Мирна подтянется. Ведь никто не сказал, что ее поймали.
Два часа ожидания не принесли никаких результатов. А вдруг пещера тоже экранирует? Я подумал и, достав серьгу из кармана, приколол ее ко мху над входом в пещеру. Ничего и никого. Так, в Альваре не стоит оставлять личную собственность без присмотра. Я вылез из пещеры и устроился на склоне так, чтоб видеть серьгу. Солнце палило нещадно. Пиратское кольцо, как назло, пускало вокруг себя стаи солнечных зайчиков, искушая прохожих на воровство. Снял серьгу, зажал в кулаке и, чтоб скрасить ожидание, стал вспоминать все, что знал о Бэсснии.
Известно мне было, увы, не много. Страна – прослойка, фильтр между измерениями. Формально находится под юрисдикцией Ваурии, но имеет полуоткрытые границы с миром. Основное население – бэссы, лохматые карлики, обожающие женщин. С ними пытались в свое время наладить отношения, но у них свои законы, пришельцам не понятные. Сами в мир не стремятся. Запросто могут убить за то, что посмотрел свысока. А попробуй, посмотри на бэсса снизу вверх, когда самый гигант из них едва достает макушкой до твоего колена.
Еще знаю, что их правитель зовется Сэтх, Тауру он приходится дальним родственником. Пытался когда-то качнуть права на совместное правление, но Магистр его обломал. Интересуется аграрными реформами и стихийными бедствиями. Бэссы с ваурцами ладят, но друг друга не жалуют. Интересно, Дью прав насчет Бэсснии? Или это очередная сказка?
Солнце покатилось к закату. Серьга раскалилась в моем потном кулаке. Никто спасать меня не спешил. С ума сойти, целый день провалял дурака и не устал ничуть. Выдавливаем раба по капле, дорогу свободному гражданину.
Солнце село. Стало темно. Я снова повесил серьгу в заросли мха. Надо было поподробнее узнать у Мирны правила эксплуатации маяка. Захотелось спать. Это и понятно, сутки на ногах. Пока я боролся со сном, стало так холодно, что борьба моя стала не актуальна: в таком холодильнике могут чувствовать себя комфортно только мамонты, мне же было мерзко и противно. Про сон я уже забыл, зубы стучали, ноги, руки и нос вполне могли сойти за осенних лягушек. Когда я окончательно почувствовал себя головастиком, где-то в глубине пещеры что-то шевельнулось. Забыв про сон и холод, я метнулся к ломаной арке. Серьгу, на всякий случай, опять сжал в кулаке и осторожно заглянул внутрь. В темноте отчетливо были видны две фигуры. Одна – высокая и мускулистая. Другая, легкая, почти летящая, была похожа на статуэтку из китайского фарфора, изящную и хрупкую.
