– В принципе – да. Почти. Придётся периодически проходить обследования, иногда может быть – ложиться ненадолго, но это уже – не так страшно. Кое-что для тебя будет закрыто, некоторые профессии, например. От армии “откосишь”… — Олег довольно ехидно усмехнулся, и это странным образом меня успокоило, – “Права” водительские тебе не получить. Но ты будешь на свободе. Будешь дома. Сможешь видеть своих друзей, родных.
– А пока я буду в больнице? Смогу я тогда видеться с кем-нибудь?
– В отделении для “буйных”? Конечно, нет. Но если всё будет нормально, тебя должны быстро перевести в общее отделение, а там свидания, в принципе, не запрещены. Хотя опять таки, всё зависит от врачей. Так что, Максим, заранее смири свою гордость и будь готов делать всё, что врачи и санитары от тебя потребуют. Всё. Каким бы это ни показалось тебе чудовищным и унизительным. Другого выхода просто нет.
– Я понял, Олег Иванович. Спасибо вам. Я никогда не забуду, как вы мне помогли.
– Да ещё не помог… Но постараюсь. И помни, Максимка, как бы тебе не было плохо, у тебя есть мама, сестра, папа, верные друзья, я, и все мы будем делать всё для того, чтобы тебе помочь, чтобы тебе стало лучше. Держись. Выдержи, малыш, пожалуйста, выдержи. Ради нас.
– Спасибо, Олег Иванович. Я выдержу. Обещаю. Как бы ни было тяжело.
– Верю, малыш. Выдержишь. Ну что, поехали? А то как бы опять эта хрень не накатила.
И мы “поехали”. Я совершенно не запомнил дороги, в памяти осталось только то, что я держался за руку Олега, и он вёл меня.
Я чувствовал себя как-то странно, как будто у меня вообще не было тела. Но при этом Олег держал меня за руку, это я помню точно, держал и вёл куда-то сквозь чёрную холодную Пустоту, безбрежный океан отчаяния и безнадёжности. Без всяких Лунных Дорожек. Один я наверняка заблудился бы в этой Пустоте. Навсегда. Так и остался бы блуждать в ней вечным одиноким скитальцем. Но мне не было страшно, меня вёл Олег, он знал, куда идти, и я верил, что он выведет меня.
По пути была лишь одна остановка. Неожиданно я заметил, что всё-таки машинально прихватил с собой Меч. Может быть, даже не сам Меч, а его тень, неосязаемую сущность, Меч был невесомый, невидимый и вообще как будто бестелесный. Но он был со мной. Вместе с Лунным Камнем в рукояти. Вспомнив, что Олег запретил брать с собой не только Меч, но даже плеер, я похолодел от страха. Но Олег ободряюще сжал мою руку, забрал Меч и засунул Его куда-то в Пустоту.
И мы пошли дальше. Вокруг была всё та же холодная бескрайняя Бездна, Космос, Пустота, пространство без всяких ориентиров, огромность которого заставляла тоскливо сжиматься сердце. Если бы не Олег, не его рука, сжимающая мою ладонь, я бы просто умер от этой беспредельной тоски.
Потом что-то неуловимо изменилось. Вроде бы – такая же Пустота, но уже не такая жуткая, не такая бесконечная. Олег с грустью посмотрел на меня (посмотрел? Чем?! У нас же не было тел, не было глаз! Но он именно посмотрел) и сказал, что пора прощаться. И мы попрощались. Коротко, без слов. Слова были не нужны, каждый из нас чувствовал в этот момент другого как себя, чувствовал его страх, боль, грусть, надежду.
И я вообразил себя спящим на больничной койке в “психушке”…
Бегство
Олег Северский
Нехорошее предчувствие было у меня в этот день с самого утра. День складывался вроде бы удачно, ничего не предвещало никаких осложнений, но предчувствие не отпускало, наоборот, усиливалось с каждым часом.
Я чувствовал угрозу, чувствовал, что какая-то сила ищет меня, ищет вслепую, на ощупь. Я ещё не был полностью обнаружен, эта сила ходила вокруг меня кругами, но эти круги неотвратимо сужались, и из окружения было уже не выбраться. Кто-то упорно, уверенно и не спеша шёл по моему следу, и сбить его со следа было невозможно.
Слежку я обнаружил только поздно вечером, когда выходил из интернет-клуба, в который зашёл после последней своей “взрослой” тренировки. Я ждал письма с важными для себя известиями, но его в электронном ящике не было. И вот, выходя оттуда, я понял, что эти “важные” для меня известия мне уже никогда, скорее всего, не понадобятся.
Меня “пасли” – аккуратно и очень профессионально. Если бы не обострённое чувство тревоги, я бы ни за что не обнаружил “хвост”. “Топтунов” было несколько, они умело взаимодействовали между собой, передавая меня от одного к другому и надёжно перекрывая все возможные способы оторваться от слежки.
Так… Значит всё-таки нашли. Если у меня не галлюцинации и это – именно те ребята, про которых я думаю, шансов остаться живым у меня нет. Никаких. Это не просто бандиты, ничего в жизни, кроме зоны, толком не видевшие и очень слабо в жизни вне зоны ориентирующиеся. Вернее, среди них – не только такие бандиты. Там полно и профессионалов из очень серьёзных силовых структур, причём профессионалов не только бывших…
