А потом он повесил трубку. Я улыбнулась, глядя в потолок своей спальни, полностью поглощенная своими чувствами к нему. В то же время в глубине сознания нарастало смутное опасение. Была ли его чрезмерная реакция на мои отношения с Мэттом результатом наложенных на нас ограничений, или он был склонен к собственничеству, которое угрожало моим отношениям с другими людьми? Я с внезапной ясностью осознала, что мои опасения были связаны с другой эмоцией: чувством вины. Вот она я, отрицающая любую связь с Мэттом, кроме дружеской, в то время как всего три недели назад я лежала на этой самой кровати, целуясь Мэттом.
Я бросила телефон на комод, прежде чем отправиться на кухню. Мэтт начал убирать посуду. Я помогла ему отнести последнюю тарелку в раковину и наполнить ее горячей мыльной водой.
— Так это был твой ассистент, верно? У вас вошло в привычку разговаривать с ним по телефону? — спросил он.
— О, эм, не совсем. Вчера у нас была назначена встреча, чтобы поговорить о моём отделении интенсивной терапии. Мы отменили встречу из-за панихиды, о котором я тебе рассказывала, поэтому он позвонил вместо меня.
Моё лицо всегда горело, когда я лгала. Я пыталась скрыть от Мэтта свой горячий румянец, сосредоточенно рассматривая тарелки и чашки в раковине.
— Он изо всех сил старается помочь тебе. В тот вечер он подвозил тебя домой после спектакля, а теперь звонит по телефону…
— Да, он порядочный парень. У меня небольшой курс английского. Этот парень хорошо со всеми ладит.
Мэтт что-то проворчал в ответ, похоже, приняв моё объяснение, что Дэниел не проявлял ко мне интереса как мужчина. Он продолжал рыться в шкафах, убирая кастрюли и сковородки. Я воспользовалась возможностью сменить тему.
— Итак, какие планы у тебя сегодня вечером?
— Шон звонил. Я собираюсь с ним встретиться. — Он прервал свою шумную уборку. — Он говорил о тебе.
— Правда? — Я посмотрела на него через плечо.
— Да, он видел тебя на той службе, на которую ты ходила вчера. Сказал, что ты выглядела сексуально.
— Иди ты, быть этого не может. — Я снова покраснела и поморщилась, когда отвернулась к раковине. Шон Уорд? Он никогда не проявлял ко мне ни малейшего интереса. Почему сейчас?
— Я серьезно. Он даже спросил, не хочешь ли ты пойти с ним на вечеринку в стиле Кэп в следующую пятницу — полуофициальную?
Я видела листовки для вечеринки Кэп. Лозунг был такой:
— Не думаю, что пойду.
— Почему нет? Тебе стоит пойти куда-нибудь, развеяться. Может, встретишь парня. Или, знаешь, сходи с Шоном.
Он нахмурился и вернулся к запихиванию вещей в шкаф. Зачем он подсовывал мне Шона?
— Если события прошлой пятницы, тринадцатого, были предзнаменованием, того, что, я лучше останусь дома, — сказала я.
— Тебя вырвало, потому что тебе было плохо, Об. Это не имеет никакого отношения к дате, но к микробам, да, — сказал он, хлопая меня по заднице кухонным полотенцем. Я выхватила его у него, чтобы вытереть руки.
— Я подумаю. Сейчас мне нужно позвонить Джули и пригласить её к нам, прежде чем мы отправимся на благотворительный вечер в Бреннан-холл. Это благотворительный вечер MADD (
— В самом деле? Во сколько она придет?
— Часов в семь, думаю.
— Чёрт, к тому времени я уже уйду. Это очень плохо. Я не видел Джул с прошлого года. Помнишь, как она выпила целый кувшин мохито, который я приготовил? Это была хорошая ночь.
— Кое-что из этого я помню. — Рассмеялась я, швыряя в него кухонным полотенцем, прежде чем отправиться в свою комнату, чтобы позвонить Джули. Как обычно, она была в спешке, но мне удалось уговорить её зайти около семи, прежде чем отправиться на благотворительный вечер. Повесив трубку, я начала планировать грандиозное разоблачение. Как, чёрт возьми, я собиралась рассказать Джули правду о нас с Дэниелом?
Внезапно картинка Дэниела, играющего на гитаре, босого, в дырявых джинсах, отвлекло меня от мучительных мыслей.
И меня это вполне устраивало.
В половине седьмого я была уже готова и ждала Джулию. На прилавке лежала записка от Мэтта, в которой говорилось, что в холодильнике меня ждёт большой сюрприз. Там в большом стеклянном кувшине стоял кувшин с мохито. Может быть, немного смелости помогло бы мне рассказать Джули о нас с Дэниелом.
Я взяла маленький стаканчик и попробовала на вкус. Греховно вкусный — именно такой, каким я его запомнила. Я не смогла удержаться, чтобы не налить себе ещё, и только успела опрокинуть его, как раздался звонок. Я впустила Джули и подождала её около открытой двери квартиры. Как только она подошла достаточно близко, я заключила её в объятия. Я сжала ее слишком сильно, беспокоясь о нашем предстоящем разговоре.
