Много лет назад меня посетил один мужчина, который убил своего брата. Он жил в ужасном длительном страхе перед божьим наказанием. Как он мне рассказал, он застал брата со своей женой и застрелил его в слепом гневе. Это убийство, совершенное в состоянии аффекта, произошло в Европе 15 лет назад. В последующий период он женился в Америке и у него трое детей. Он в корне изменился и использовал свое влиятельное положение, чтобы приносить людям как можно больше добра.
Я объяснил ему, что человек, который застрелил своего брата, не является идентичным ему ни физически, ни психически. Наука доказала, что в течение нескольких лет каждая клетка нашего тела отмирает и заменяется новой. Кроме того, он также в уме и в душе стал новым человеком, что доказывает его любовь к ближним и его готовность им помочь. Тот человек, который более 15 лет назад совершил убийство, сейчас умом и душой мертв. И если этот новый человек, несмотря на полную перемену, все еще терзает себя упреками, то он обвиняет тем самым совершенно непричастного к убийству человека.
Это объяснение не осталось без воздействия и сняло с его души тяжелый груз. Ему открылось истинное значение слов из Библии:
Учительница, обратившаяся ко мне за советом, рассказала мне, что одна ее коллега раскритиковала ее доклад; коллега утверждала, что она говорит так быстро, невнятно, тихо и монотонно, что значение ее слов совершенно теряется. В беседе с ней я понял, как сильно эти упреки задели и ожесточили ее.
Но, с другой стороны, она в ответ на мой вопрос вполне согласилась с тем, что, по сути дела, порицание было совершенно справедливым. С этой точки зрения, она находила свою реакцию детской, а критику своей коллеги хорошим стимулом для самосовершенствования. Не теряя времени, она начала совершенствовать свою речь, посещая курсы риторики. Она написала своей коллеге письмо, в котором поблагодарила ее за интерес и конструктивную критику, которая указала ей путь для устранения ее недостатков.
Предположим, что критика, высказанная по поводу доклада учительницы, была совершенно безосновательной. Тогда становится ясно, что поводом к критике является не форма, а содержание сказанного. Критики такого типа, как правило, люди умственно и духовно неуравновешенные; их умственная ограниченность и предвзятость толкают их к критике, не относящейся к делу. Поэтому в данном случае нет оснований чувствовать себя обиженным.
В таких случаях нужно проявить понимание. Следующий логический шаг состоит в том, чтобы помолиться за душевный мир этого человека и его благоразумие. Кто считает и признает себя хозяином своих мыслей и чувств, того не может задеть другой человек. Ваши чувства соответствуют вашим мыслям. Поэтому, мысля, вы можете изгонять из вашего ума все, что могло бы нарушить ваше внутреннее равновесие.
Несколько лет назад меня пригласили на венчание. Жених заставил себя ждать, и через два часа напрасного ожидания расстроенная невеста вытерла слезы и сказала мне: «Я попросила Бога, чтобы все совершилось по его воле. Наверное, это ответ на мою просьбу. Бог никогда нас не оставляет».
Итак, это была ее реакция — смирение и доверие к решению Бога. Ее слова доказали, что в ее сердце не осталось и следа горечи: «По-видимому, этот шаг не принес бы нам обоим добра, потому что я попросила Бога указать нам верный путь».
Окажись в ее положении другая девушка, у которой нет такого глубокого понимания, с ней бы случился нервный припадок и ей бы понадобились успокоительные средства или даже помощь врача.
Прислушайтесь к голосу присущей вам бесконечной мудрости и отнеситесь к ее совету с таким же доверием, как ребенок к словам своей матери. Тогда к вам придет та внутренняя уравновешенность, которая лежит в основе умственного и душевного здоровья. Прислушивайтесь к голосу присущей вам бесконечной мудрости и относитесь к ее совету с таким же доверием, как ребенок к своей матери. Тогда к вам придет та внутренняя уравновешенность, которая лежит в основе умственного и душевного здоровья.
Несколько лет назад я беседовал с одной молодой дамой в возрасте 22 лет. Она жила с прискорбным представлением, которое было плодом ее воспитания, что танцы, игра в карты, плавание и вечеринки, на которых присутствуют мужчины, — это грех. Девушка носила черное платье и такие же туфли. Губной помадой, пудрой или каким-нибудь макияжем она никогда не пользовалась, потому что все это ее мать называла греховным.
