И ткнула пальчиком себе в шейку, в место одного из недавних, особо активных поцелуев. Понятно, что руководствуйся мемохарб только своим сознанием, просто плюнул бы на покраснение, растёр, и оправил бы девушку в спальню. Но молодое, полное любовных гормонов тело, ему доставшееся, среагировало совсем иначе. Оно глянуло на пятнышко, поцеловало его, потом поцеловало румяную щёчку… Потом — алые губки. Потом оно подхватило желанное девичье тело, и унесло его в спальню. И уже там между молодыми супругами свершилось то, что обычно и происходит между ними в брачный период.
Естественно, что продолжительного акта, а уж тем более его повторения, не получилось. Хотя Александр, как мужчина, хотел ещё и ещё. Для его дорвавшейся, молодой, здоровой и истомившейся натуры одного раза было явно недостаточно. Но тут помогла (или помешала?) сверхчувствительность при непосредственном контакте с партнёршей. Киллайд чётко проследил в её сознании болезненные ощущения, предвидел дальнейшие неприятные чувства после дефлорации, да и отложил повторный акт на потом. А своё чрезмерное ощущение жалости и заботы оправдывал банальными, прагматичными рассуждениями:
«Ну не зверь же я дикий? Настя сейчас возражать не станет, по неопытности, зато возникнет у неё отчуждение и боязнь самого процесса. А вот если сейчас немножко сдержусь, то впоследствии получу всё в полной мере и с максимальной отдачей. Пусть у неё чуток заживут повреждения, и мы тогда наверстаем…»
А чтобы партнёрша не переживала или не подумала о своей несостоятельности, успокоил её поцелуями и ввёл в глубокий сон. Пусть отсыпается. Сам тоже три часа отвёл себе на отдых, после чего продолжил изучение нового для себя мира. Ведь ещё не все газеты с журналами пролистал, да и в библиотеке академика отыскалось кое-что весьма полезное в общеобразовательном плане.
За час до побудки супруги, вновь устроил ей передачу знаний по геологии и по всем сопутствующим дисциплинам. Такая информация всегда пригодится в будущем.
Потом плотный завтрак и проводы Анастасии до порога её места обучения. А сам — по своим делам, кои с каждым последующим днём преобразовывались в привычную, упорядоченную рутину. Ну и располагались эти дела в строгом соответствии со своей важностью и первоочерёдностью.
Потом плотный завтрак и проводы Анастасии до порога её места обучения. А сам — по своим делам, кои с каждым последующим днём преобразовывались в привычную, упорядоченную рутину. Ну и располагались эти дела в строгом соответствии со своей важностью и первоочерёдностью.
Главное дело — изучение всех доступных материалов, связанных со строением тел землян и всего, что сопутствует слову «медицина». Здесь отлично помогала сокровищница литературы мединститута, посещение открытых лекций, и небольшие консультации у нескольких профессоров. Нельзя сказать, что преподаватели так уж рвались помочь в наборе знаний простого лаборанта, но некие усилия при личном контакте, и всё возрастающие умения гипноза, помогли преодолевать почти все трудности.
Второе по важности дело, обещающее безбедное существование в будущем — это углубление знакомства с товарищем Шикаловым из вербовочного центра. А также тщательное изучение связей его покровителя Тамирского, из горисполкома и сопутствующей им компании. Перспективы там просматривались великолепные, конспирация не нарушалась, пути отхода и проработка легенды — усовершенствовались. А при опытности, цинизме и неразборчивости в средствах ничего не боящегося мемохарба, советским чиновникам города Иркутска завидовать не приходилось. Грядёт для них Армагеддон местного масштаба и «…да воздастся им за грехи тяжкие!»
Сексуальные игрища, которые Киллайд устраивал с Анастасией ежедневно, а порой и ежечасно, назвать «делом» язык не поворачивался. Там всего столько много и чувственного, и нереального переплелось, что анализировать не хотелось. Только и утешал себя пьетри коротким утверждением:
«Мне хорошо — а больше ничего и не надо!» — то есть он старался не копаться глубоко в своих новых ощущениях, а всю свою логику и прагматизм направлял на решение основных проблем.
На этом фоне совсем отдельным, но весьма опасным выглядел один момент. Молодая пара всё-таки сильно заинтересовалась всученной им картиной. Буквально через день, Шульга с помощью пинцета и тампонов с растворителем освободил полотно от слоя новой краски, уничтожая сделанный на скорую руку примитив. А когда рассмотрели суть основной, спрятанной от чекистов картины, получили кучу впечатлений. Причём не только положительных или негативных.
