— Точно, — кивнул папа, — Мы не везем никакие предметы, это моя сила, я любую силу блокирую в ноль.
Марк долго молчал. Он смотрел на дорогу, и нам показалось, что он уже и забыл про то, что говорил папа.
— Сэр, а кто сильнее? — спросил наконец Марк, — Вы, Первый или Артур?
Мы с сестрой пододвинулись поближе. Хороший вопрос, и мы хотели услышать точный ответ.
— Хм… — задумался папа, — А если я тебе скажу, что мой тесть?
Марк удивленно посмотрел на отца. Мы тоже. Хотя до меня дошло, что отец имел в виду.
— Знаешь, кто на первом месте в классе физической силы? — спросил я.
— Да, конечно! — восхищенно сказал Марк, — Кто не знает Николая Сергеевича, он — ваш тесть?
Он был настолько ошеломлен этой новостью, что даже снизил скорость.
— Думаю, если все мы окажемся в одной комнате, он будет победителем, — уверенно сказал папа.
— Но как же… — удивился Марк, — Мне очень нравится Николай Сергеевич, но при всем к нему уважении, он не сможет победить первого и главу…
— Но я буду находиться рядом, то победит, — ответил папа, — Один на один, конечно, он с ними не справится, но что будет, если их лишить силы?
Такие рассуждения навели на ряд мыслей, которыми я хотел поделиться с отцом. Но решил пока придержать их при себе.
Глава 8
Остаток пути мы слушали про то, какой наш дедушка сильный, классный, и еще кучу комплиментов. Оказалось, Марк тоже фанат деда. Я пообещал познакомить его с парочкой людей, которые так же восхищаются им.
Он рассказал, что его сила связана с умением управлять любым транспортом. Он может водить машину лучше любого профессионала, но с ограничением сил понимает, что лучше не испытывать судьбу.
Когда мы въехали в Гратион, никакого дождя и в помине не было. Солнце ярко освещало столицу, маня своими яркими витринами и вывесками. По небу иногда пролетали люди, поэтому отец попросил Марка по возможности ехать в туннелях. Если летящий человек попадет в зону силы отца, то он может разбиться.
— Вам, наверное, неудобно с вашей силой? — спросил водитель.
— Не сказал бы… — ответил отец, — Все становятся в равных условиях, да и у каждой силы есть свои недостатки…
Мы вынырнули из очередного туннеля и проехали мимо огромной голограммы парящей в воздухе полной женщины. Она рекламировала какой-то тренажер и на глазах уменьшалась в объёмах, становясь стройной красоткой с пышными формами.
— Что вы имеете в виду? — уточнил Марк.
— Даже если ты обладаешь очень мощной силой, способной сокрушать горы, раздвигать моря и океаны, ты можешь потерять себя, забыться в этой безграничной власти, — сказал отец, — Вот скажи, Марк, что бы ты сделал, если бы все твои желания исполнялись?
— Я бы стал всесильным, — подумав ответил Марк.
— Зачем? — продолжил отец.
— Чтобы делать все так, как я захочу, — ответил он.
— И что ты хочешь? — продолжал отец.
— Хочу много денег, чтобы жить и ни в чем себе не отказывать, — сказал Марк.
— Но зачем тебе деньги? — папа не останавливался, — Ты же всесильный.
Марк задумался.
— Тогда уничтожу все зло, — сказал он, поменяв решение.
— И как ты поймешь, где зло, а где добро? — спросил отец.
— Ну… террористы, бандиты, воры — это все злодеи… — уже не так уверенно сказал Марк.
Папа улыбнулся.
Машина свернула в узкие грязные дворы. На ступеньках сидели непонятного вида люди. Кто-то ковырялся в мусорном контейнере.
— Ты мыслишь правильно, Марк, но что, если отец грабит богатого человека, чтобы прокормить свою семью? — сказал папа, — Или девушка случайно убивает напавшего на нее бандита?
— Тогда я буду делать только то, что сам захочу, — раздраженно сказал Марк.
— А если твои желания не будут совпадать с нормами местных законов? — продолжал спрашивать отец.
— А кто мне что сделает, я же всесильный, — ответил Марк.
— Вот именно, — папа щелкнул пальцами, — Как раз об этом я и говорю. Чем ты сильнее, тем больше тебе дозволено, и в конце концов ты поймёшь, что тебе все сходит с рук, и что потом? Ты станешь неуправляемой ходячей катастрофой, рядом с которой ядерная бомба покажется новогодним салютом. Стоит только перейти эту грань человечности, и ты уже никогда не станешь прежним. Достаточно только одного действия.
— И какого? — спросил водитель, подъезжая к центральному входу главного здания.
Мы вышли из машины, и отец подошел к водительскому окошку.
— У каждого оно свое, — сказал отец, — Кому-то будет достаточно толчка в плечо, а кому-то смерть его домашнего животного, у каждого индивидуально.
Достав все сумки, мы направились ко входу. Догнав отца на ступеньках, я спросил:
— Так же было с учителем? — спросил я, вспоминая свой сон, — В тот раз, в больнице…
— Да, тогда он чуть не стал монстром, — кивнул отец.
Мы вошли через центральный вход и оказались в холле. Как всегда, куча народу, много менеджеров организаций и фирм. Проходя мимо кабинок с определением сил, мы слышали несколько истеричных криков. У кого-то не сработала сила.
