Однако Теофраст был уверен, что сок сильфия – камедь, и его надо собирать по-другому – надрезая стебли и корни. И потому стебли сильфия, по его словам, предпочитали готовить – "стебель, который едят во всех видах, вареным и печеным", а корни почему-то непременно требовалось есть свежими.

Похоже, что рассказ очевидцев был только о том, как большое количество нарезанных корней заливали уксусом для получения сока, а "едят свежим" – это всего лишь предположение и, возможно, даже не рассказчиков, а самого Теофраста.

Смесь, состоявшая из млечного сока корней сильфия, уксуса и воды и была тем самым "соком из корня", который по мнению Теофраста – "чистый, прозрачный и более густой".

Вот теперь-то и можно попробовать разобраться – почему сок сильфия все же стал камедью?

<p>Весь сок фальсифицируется или как сок сильфия стал камедью</p>

???????? ?? ??? ???? ??? ??? ??????????, ????????? ?????????? ? ??????? ?????????, ???? ?????????? ?? ?????? ??? ?? ???? ??? ?? ???? ??? ?? ??????·

Однако весь сок до высыхания фальсифицируется добавлением сагапена или бобовой муки, которые портят вкус, запах, внешний вид и растворение, тем и обнаруживаются.

Диоскорид, О лекарственных веществах III.94.

id quoque adulteratum cummi aut sacopenio aut faba fracta

он весь фальсифицируется гуммиарабиком или сакопеном или дроблеными бобами

Плиний Старший, Естественная история XIX.XV.40.

Описание сока сильфия у Плиния Старшего и Диоскорида почти одинаковое и очевидно получено из одного и того же источника – сочинения о лекарственных травах Диокла Каристского (Berendes, 1905). Описание Диоскорида немного полнее, поскольку дополнительно отмечено отсутствие у сильфия луково-чесночного привкуса, характерного для камедесмол различных ферул:

Основное доказательство подлинности в умеренно красном цвете, на изломе белом и просвечивающем; каждая капля слюны быстро растворяется (Pliny XIX.XVI.46).

Лучший тут красноватый и полупрозрачный, похожий на мирру, с сильным запахом, не похожим на лук-порей, и к тому же без грубого вкуса, легко растворяется, внутри белого цвета (Dioscorides III.94).

К этим описаниям можно добавить, что сильфий был довольно плотен и не крошился, о чём сообщил Гиппократ, предлагавший его скоблить, а не толочь:

... возьми сильфион, возможно свежий и плотный, наскобли его мелко... (Гиппократ. О фистулах, 9).

То есть сильфий совершенно не был похож на асафетиду, которая встречается двух видах. В первом случае это слёзы, представляющие собой неровные, рыхлые или липкие бледно-коричневые зерна, твердые на холоде и мягкие в тепле. Во втором – комки неправильной формы темного цвета с вкраплением зерен первой разновидности. Также там содержатся остатки растений, песок и камешки (комм. Berendes к Dioscorides III.94). А мягкая и липкая асафетида, потому что камеди в ней (12-35 %) намного меньше, чем смолы (50-70 %) (Флора СССР, 1951).

Камеди в соке сильфия, особенно в соке из стебля, тоже было маловато. На воздухе сок не застывал, а высыхал, сильно теряя в объёме и массе, что нашло своё отражение в описании:

"стеблевка" водянистее. Поэтому в нее, чтобы она свернулась, подсыпают пшеничной муки (Теофраст IX.1.7).

Насколько сок сильфия мог быть водянист, можно оценить по имеющимся сведениям о современных дудниках.

Angelica keiskei выращивается в Японии как овощное растение. Сбор листьев на рассвете зачастую ведет к появлению нового ростка, который становится виден уже на следующее утро, откуда и название растения – ашитаба, в переводе "лист завтрашнего дня".

Поскольку срезаются нежные молодые побеги, то на срезе должна выделиться примерно такая же капля сока, как при сборе сока сильфия. Млечный сок у ашитабы ярко-желтого цвета и на фотографии ниже хорошо видно, как мало его остаётся после высыхания (рис. 63).

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги