— Это оказалось самой сложной частью моего расследования. В Болгарии огромное число монастырей, уже закрывшихся и ныне действующих. Люди там очень неохотно идут на контакт. Книги, какие-то записи, ведомости утеряны. Проверить факт нахождения Розы в одном из монастырей стало просто невыполнимой задачей, но у меня остался на заметке один древний монастырь, расположенный в скале в трех километрах от этого поместья. Попасть я туда не могу, а между тем старики из ближайшей деревушки говорили мне, что туда часто обращались опозоренные девушки.
— Это подходит нашей Розе, — согласился Иван Костов.
— Да уж куда позорнее, грех во грехе! До свадьбы начала жить, да еще с родным братом! От такого не только в монастырь… — горячо воскликнула Ева.
— Монастырь действующий… у меня есть даже разрешение посетить его, и все равно не пускают… — сокрушенно развел руками Леонид Иванович.
— Ну, это мы как-нибудь уладим! — поднял руку Иван Костов, которого до глубины души потрясла эта история, и он дал понять, что все берет под свой контроль.
— А клад? — звонкий голосок Ольги прозвенел колокольчиком в сводах просторной залы.
— Я предполагаю, что какую-то часть богатства Венета сберегла для себя на черный день. Кроме того, одним из ее последних любовников, навещавших ее в Швейцарии, был очень богатый и щедрый турок. У себя на родине он владел крупной ювелирной фабрикой и, не скупясь, одаривал своих возлюбленных дорогими украшениями из драгоценных камней. Думаю, что турок нашел подход к такой избалованной особе, как королева. Встречалась она с ним в свои последние годы, когда уже не могла и не хотела столько тратить.
Леонид Иванович обвел всех присутствующих взглядом:
— В общем, это все, что успел выяснить за последнее время, а узнать о судьбе Розы поможет монастырь в скале.
— Все это будет завтра! Сегодня я предлагаю разместиться в моем доме и отдохнуть, — взяла на себя роль хозяйки Ольга. — На следующий день у нас намечается обширная программа.
— Завтра мы отправляемся в то болгарское селение, рядом с которым расположен интересующий нас монастырь, — пояснил Иван Костов. — Мы все вместе остановимся в деревне, и там нас очень хорошо примут, это я вам обещаю! А в женский монастырь смогут пойти только женщины, даже представителей власти мужского пола туда не пустят.
Ева переглянулась с Ольгой.
— Значит, сможем пойти только мы?
— Вы против?
— Конечно, нет, — ответила Ева, — только пойму ли я там хоть что-то? Я не знаю языков, тем более древний болгарский, на котором, возможно, написаны монастырские книги… — растерялась Ева.
— Ева, не забывай, Ольга пойдет с тобой, она знает болгарский язык. В любом случае, или вы идете, или никто, — развел руками Леонид Иванович.
— Я согласна, — ответила Ева.
После захватывающего рассказа ученого гости с хозяйкой дома прошли в столовую, где их ждал вкусный сытный обед.
— Я приготовила для вас комнаты, — сказала Оля.
Еве с Дмитрием досталась большая комната с видом на ботанический сад и двумя кроватями под балдахином из парчи. Оля заглянула к ним в комнату, предварительно постучав:
— Дима, могу я с тобой поговорить?
— Да, конечно. — Он вышел из комнаты и спустился в пустой холл вслед за девушкой, одетой в шелковый халат цвета морской волны.
— У меня настали тяжелые времена, — проговорила Ольга, глядя в темный проем окна.
— Я очень сочувствую тебе, в голове не укладывается такое несчастье…
— Когда мы нашли труп Глеба, это оказалось только началом…
— Оля, если тебе что-то надо, можешь рассчитывать на меня, — положил ей руку на плечо Дмитрий.
— Останься со мной… — тихо попросила она.
— Что?
— Останься со мной. Все это время я вспоминала о нашем единственном свидании, которое так неудачно закончилось. Очень рада тебя видеть и хочу сказать, то есть пожаловаться, что мне страшно одиноко в большом, таком пустом доме.
Дима убрал руку.
— Оля, понимаешь. Я не могу. Предлагаю тебе помощь друга…
— Только друга? — удивленно вскинула тонкие брови Оля. — Что-то изменилось? Я думала, что…
— Извини, Оля, я с Евой.
— Ева? Вы что, решили повторить историю Велизара и Розы?
— Оля, я негодяй, обманул тебя… мы не брат с сестрой.
Девушка вспыхнула и поджала губы.
— Понимаю! Жестоко… ничего не скажешь, но поучительно.
— Прости.
— Что уж… идите к своей девушке.
Ольга резко развернулась и стала подниматься по лестнице, гордо вскинув голову.
— Черт! — ругнулся Дима и вернулся в комнату к Еве. — Все-таки я — подлец!
— Это я и пыталась тебе объяснить все последнее время, — охотно согласилась она, расстилая постель. — Что ты сделал с бедной девочкой? Оля весь вечер не сводила с тебя глаз.
— Я ее обманул, даже не ее саму, а ее фантазии.
— Как мне это знакомо, — вздохнула Ева.
— Ты не возражаешь, что мы с тобой снова в одной комнате? — Дима скинул через голову свитер и развалился на кровати.
— Я привыкла к тебе, как к родному, — усмехнулась она.
— Ладно, душа моя, утро вечера мудренее, — откликнулся Дима.
— Ты подлец, но весьма талантливый! — сказала Ева. — Я даже боюсь того, что ты можешь выкинуть в каждую последующую минуту, боюсь твоих талантов.