Американские студенты, похоже, сделали крупное открытие, но пропали вместе со сконструированным на его основе прибором. Созданная по инициативе ФБР научная комиссия ведёт расследование, имея официальной целью помощь изобретателям, по-видимому, попавшим в трудное положение. Фактически их устроило бы, если бы удалось восстановить открытие. Но это не так-то просто сделать…
Председательствующий постучал по столу небольшим резиновым молоточком, достав его из портфеля. Молоточек был, вообще-то, инструментом невролога, но у тех из присутствующих, кто бывал на судебных заседаниях, вызвал не очень приятные ассоциации и заставил резко отвлечься от разговоров между собой. Впрочем, те, кто не бывал, тоже более-менее переключили внимание на председательствующего.
– Здравствуйте, – сказал тот, – не буду представляться, лучше зовите меня условным именем «доктор Первый». Просто потому, что я говорю первым на этом заседании. Также призываю, кто не знаком между собой, оставаться незнакомыми. Участие в работе нашей комиссии лучше сохранять анонимным, ибо есть некоторые опасения, что на нас обрушится негодование всего человечества, если мы не справимся со своей задачей. Сейчас расскажу, но только в общих чертах, из тех же соображений секретности, что из себя представляет наша комиссия и какая задача перед ней стоит. Комиссия научная, но организована по инициативе ФБР. Есть подозрение, почти переходящее в уверенность, что Соединённые Штаты, которые, как известно, всемерно поощряют талантливых учёных и инженеров проявлять свои таланты, делать открытия и изобретения, недавно потеряли очень крупную разработку вместе с группой учёных-разработчиков, не успев её оценить. Задача – собрать всю сохранившуюся информацию и попытаться восстановить разработку. Также было бы очень ценно помочь разработчикам вернуться, если удастся. Если справимся, и членам комиссии можно будет деанонимизироваться и примерять лавровые венки славы, и всех тех из вас, кто сумеет помочь, можно будет отметить. Но пока на успех маловато шансов, так что… Правда, я вижу, некоторые уже знакомы, а другие, вспомнив привычки учёных заводить на различных конференциях полезные связи… в конце концов, почти все мы когда-то были учёными, и некоторые недавно, а кто-то и сейчас тешит себя надеждой вернуться от бюрократии к научной деятельности… делают то же и здесь, ещё до заседания обмениваясь мнениями, зачем бы это вас всех сюда собрали. Сейчас я объясню, зачем. – Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть важность того, что собирался сказать. На слушателей пауза не произвела особого впечатления. Они и сами были мастера выступать перед самыми разными аудиториями и делать исполненные важности паузы.
– Мы собрали здесь руководителей комиссий по открытиям и изобретениям и различных фондов. У нас в США и даже только в Калифорнии таких комиссий и фондов, как видите, довольно много. Они относятся к различным научным и благотворительным учреждениям. Вы, собранные сегодня здесь двенадцать руководителей, представляете примерно треть всех таких организаций Калифорнии. Поиск производился очень спешно, так что поискать подобные организации в других штатах мы не успели, но мы обязательно восполним пробел в самое ближайшее время. Именно вы приглашены по, возможно, пока что странному для вас признаку: вам всем поступали заявки от интересующей нашу анонимную комиссию группы изобретателей. Некоторые, как нам известно, даже удовлетворяли что-то из них, большинство – нет, но у всех, во всяком случае, должна иметься информация о работах этой интересующей нас группы. В виде, естественно, обоснований патентных заявок, или заявок на гранты и аналогичных документов. Задача нашей секретной анонимной комиссии – восстановить некое, сделанное, или, выражаясь осторожнее, возможно, сделанное именно этой группой крупное открытие, имеющее огромную важность для мировой науки и, что ещё важнее, национальных интересов Соединённых Штатов. – Он опять сделал паузу, ещё длиннее.
– Дело очень серьёзное. В комиссии состоит несколько экспертов по различным отраслям науки и техники, а также других специалистов, но вы будете иметь дело только со мной. Другими словами, я в комиссии отвечаю за взаимодействие с комиссиями по изобретениям и фондами, выделяющими исследовательские гранты. Почему комиссия анонимная и секретная. Пока в деле нет следов, говорящих о заинтересованности разведок других стран, но это только результат везения. Такая заинтересованность может появиться в любой момент и носить любой характер, поэтому все вы обязуетесь хранить тайну научного расследования, проводимого комиссией, даже не щадя своей жизни, если потребуется. Вот так.
По залу прошло опасливое шевеление.
