Никогда не думал, что окажусь в ситуации, когда нужно будет выбирать между гордостью и мечтой. И пока я не мог дать точный ответ на вопрос: «Что из этого перевесит?». Вся надежда ставилась только на то, что Мейсон нашёл выход. Если нет, то мне даже страшно было представить, как я смогу переступить через себя и молча проглотить поступок человека, в своё время не давшего мне подохнуть с голоду. Я уже представлял этот момент: он кривит губы в улыбке, больше похожей на оскал, и, смачно затянувшись сигарой, медленно выпускает густую дымчатую массу, радуясь тому, что загнал рыбу в сети. Но я, как та самая рыба, буду трепыхаться до последнего вздоха, отчаянно надеясь пролезть в одну из дыр сетного полотна.
У всех в критической ситуации сработает инстинкт выживания. И если даже безмозглые способны бороться до последнего, то человек совершит невозможное, стоит только загнать его в угол.
Сравнение неплохое. Но рыбы не безмозглые, они…
– Ты какого чёрта творишь?! – Чужие пальцы грубо выхватили у меня сигарету.
Я настолько ушёл в своим мысли, что не услышал шаги Мейсона. Не дождавшись от меня ответа, он схватил с низкого столика пепельницу, отмечая ещё плюс два мёртвых окурка на дне. Сверкнув в мою сторону острым, как тысяча игл взглядом, он начал буквально убивать бычок, сильно вдавливая его в стеклянное дно до тех пор, пока не распотрошил до неузнаваемости.
Состроив презрительную гримасу, он с громким стуком отставил пепельницу в сторону.
– Доброе утро, – широко улыбнулся я, надеясь таким образом снизить градус раздражения друга.
Его брови недовольно сошлись на переносице.
– Для объятий нет причин. Что это такое? – кивнул он в сторону маленького кладбища окурков.
Не получилось. Я вздохнул и развернулся к нему всем корпусом, засунув руки в карманы шорт.
– Захотел.
– А ну раз захотел, то, конечно же, ничего страшного, – учащённо закивал головой друг и тут же агрессивно продолжил: – У тебя скоро начнутся усиленные тренировки! Ты хочешь сдохнуть в первом раунде?! Я не пойму, с каких пор ты решил забить на свои же правила?!
Мои правила. Они не совсем мои. Они, скорее, общие для всех тех, кто хочет получить признание в мировом боксе. И друг преувеличивал. Он прекрасно знал, что последние месяцы я не вылезал из зала.
– Брось, – невинно пожал я плечами, наблюдая, как тут же зло прищуриваются глаза Мейсона.
– Бросить? – процедил он. – Предлагаешь бросить?! Я, как подстреленный олень, скачу по всем агентствам, чтобы они заключили с тобой контракт, пока ты тут кончаешь свои лёгкие! Сегодня TOP Ring окончательно подтвердила свой отказ! Ты понимаешь, что это значит?!
– Это было ожидаемо.
– И тем не менее, я надеялся дать на лапу Джеку, чтобы он замолвил за тебя словечко. Но даже этот жадный до денег мудила отказал мне. Ты не видишь всей серьёзности ситуации. Один бой! – Он чуть ли не в нос сунул мне свой указательный палец, наглядно демонстрируя, как выглядит цифра один. – Всего один бой отделял тебя от титула! И если такая компания, как TOP Ring, сливает тебя, хотя может заработать на этом бою сотни миллионов, это говорит о том, что ситуация обстоит гораздо хуже, чем мы думали.
– Может, мы пропустим обвинительно-поучительную часть и перейдём к той, где ты уже всё порешал? – Мне надоело оправдываться, и я прошёл мимо него к балконной двери, зная, что он сразу же последует за мной.
– Налей мне кофе, – прилетела в спину просьба, больше похожая на приказ, но я не стал ерепениться и молча включил кофемашину.
Под жужжащий звук устройства я барабанил пальцами по столешнице, словно это могло ускорить процесс приготовления, и, когда через бесконечные две минуты напиток был готов, я кинул в чашку кусочек сахара и щедро залил молоком.
– Где ты вчера был?
Режим «беспокойная мамочка» врублен на полную мощность.
Я уселся напротив, с неудовольствием отмечая, что мой кофе уже остыл.
– В баре, в паре кварталов отсюда. Редкостная дыра.
Он грязно выругался.
– Пил?
– Пару банок пива. Не начинай.
Перебор с трагичностью на чужом лице. Я слежу за формой и, тем более, за здоровьем. Он это прекрасно знал, но упущение воспитательной минутки – слишком тяжёлая для него потеря.
Мейсон несколько секунд сверлил меня взглядом, а затем, медленно сделав пару глотков кофе, для того, чтобы затянуть интригу, известил:
– Я разговаривал с Дэниелом Прайсом.
Ну наконец-то.
– И? – не скрывая интереса, я непроизвольно подался вперёд, желая скорее услышать продолжение.
– Он хочет личной встречи.
– То есть, ты не получил его согласия? – не сумел скрыть недовольства я.
– Не получил, как и не получил отказа, – отрезал друг. – Он изъявил желание встретиться с тобой лично и поговорить. После этого он примет решение. Если ты не будешь вонять этой отравой и скалить клыки, всё закончится его личной подписью. Я отчётливо слышал интерес в его голосе.
Довольно хлопнув ладонью по столу, я расслабленно откинулся на спинку стула. Прекрасные новости.
– Я в тебе не сомневался… Белль.
