Он нежно прикоснулся к моему лицу и принялся покрывать легкими поцелуями веки, губы, шею. А я, не в силах бороться с собой, неподвижно лежала, чувствуя, как его тело накрывает мое. Его прикосновения пьянили, заставляли забыть о боли, страхе и годах разлуки, и уже через несколько мгновений я положила руки ему на плечи и ответила на поцелуи, не желая больше поддаваться сомнениям. Казалось, его руки были одновременно везде, блуждая моему телу, лаская спину, талию, срывая с губ стоны. Затем он перевернул меня на спину, коленом раздвинув мои ноги.
В комнате стало жарко, на лбу выступили капли пота, и мне так хотелось Андреса, как никогда прежде. Он шептал мне на ухо какие-то слова, в смысл которых я не очень-то вникала, чувствуя только, как он ласкает мою грудь. Он прижал свои губы к моим, жадно проникая языком внутрь.
Сердце забилось сильнее, тело охватило возбуждение, по убеждениям многих, чуждое моей природе. Я провела руками по мускулистым рукам и зарылась пальцами в его волосы, в то время как его взгляд блуждал по моему лицу.
На мгновение я испугалась остроты собственных ощущений, того к чему все это может нас привести. Опасность! Я напряглась, стараясь уйти из-под действия его взгляда, снова спрятаться в коконе страха и отчаяния, ставших моими постоянными спутниками. Видимо, заметив тень сомнения на моем лице, он оторвался от меня.
Несколько минут он словно следил за моей внутренней борьбой, давая возможность решить все самой. Он отдалился от моего тела на несколько сантиметров, но этого хватило, чтобы снова почувствовать холод, одиночество и страх. Он был мне необходим. Как жизнь, как солнце, как глоток воздуха, которого мне так не хватало во сне. Я снова потянулась к Андресу, и он улыбнулся, словно поняв мое желание. Коснувшись губами протянутой к нему руки, он опустил ее себе за шею, сжав сверху своей ладонью. Полукровка встал между моими бедрами, развел поднятые колени, и в тот же миг я выгнулась дугой, почувствовав его глубоко внутри себя. Я обвила ногами его талию. Он был так нежен, и в то же время, я чувствовала его силу, сдерживаемую до сих пор ради меня, и знала, чего это ему стоит - смирить свою неистовую, жестокую природу. Мы были снова вместе, несмотря на страх, отчаяние и смерть. Наши души и тела сливались в единое целое, не замечая никаких преград.
***
Валар следил за лицом Регины, стиснув зубы, сжав в кулаке смятую, изодранную в клочья простынь. Она была здесь, рядом с ним, под ним, и полностью принадлежа ему. За эти годы он уже отчаялся снова почувствовать ее так близко, живой, рядом с собой, в его объятиях. Не верил, что снова сможет обнимать в темноте ее мягкое нежное тело, такое податливое во сне, и трепетное в порыве возбуждения. Дыхание Регины щекотало его голое плечо. Она повернула голову и поцеловала его в шею, проведя руками по спине. Ее светлые глаза засияли в темноте. Он застонал от обжигающего наслаждения, пронзившего тело. Валар обнимал ее так, словно стоило ее отпустить хоть на секунду, и она может раствориться в бескрайних просторах этого мира. Он снова потянулся к ее губам, вызывая у нее стон удовольствия, и задвигался, сначала медленно, потом быстрее. Дыхание его стало хриплым, мышцы были напряжены до предела, а жажда обладать этим телом снова и снова заставляла его проникать в нее все глубже.
Его движения стали стремительнее, быстрее, сильнее. Он тихо зарычал, сделав последний глубокий выпад, ощутив, как она задрожала в его объятиях, и позволил потоку удовольствия захлестнуть его с головой.
***
На этот раз совместное купание доставило мне гораздо больше удовольствия. А потом я лежала рядом с Андресом, прижимаясь к нему обнаженным телом. В окно бил дождь, и мне казалось, что нет ничего боле естественного, чем быть здесь, радом с ним, принимать и дарить поцелуи, чувствовать дикое биение наших сердец. И как приятно было мечтать о том, что все мучения, страхи и угрозы, наконец, позади, и нас ждет жизнь вместе, полная надежды, радости и счастья.
- Доброе утро! - я открыла глаза, встретив его довольную улыбку. Потянув простынь к груди и понимая, насколько это выглядит смешным, особенно после прошедшей ночи, я привстала, облокотившись на подушку. В воздухе заскользили несколько перьев, одно из них опустилось мне на нос, и я чихнула. Рука легла на простынь и зарылась в кучу лоскутков. Я удивленно посмотрела на Валара, и он ответил мне очень мужской улыбкой:
- Я был немного несдержан.
- Мне понравилась твоя несдержанность, - я ответила на его улыбку невинным взглядом, и проследила за его пальцами, вынимавшими с моих волос застрявшие там перья, - почему ты меня не разбудил?
- Тебе нужно было отдохнуть, к тому же, ты не представляешь, какое удовольствие может испытать мужчина, когда смотрит на спящую женщину, которую он только что любил. Ты, в этих перьях. Совсем как ангел...
Я нахмурилась, отводя он него взгляд, не желая, чтобы полукровка видел ту гамму чувств, вызванную его словами, тут же наткнувшись на поднос, поставленный рядом со мной на постели.
- Думаю, что ты проголодалась.
