Ни хозяин, ни слуга не пожелали мне возражать. Тэали всё ещё была зла, но воспитание всё же играло важную роль — опускаться на уровень базарной торговки она не могла себе позволить. Кэндиэл был альвом, потому лишними словами не разбрасывался. Оба покинули место лечения, потом пошёл прогуляться и я.
Прошло уже три недели с момента начала лечения. Оно было далеко от завершения, но истязаемый перестал тяготиться своим положением, о чём поспешил столь поспешно мне сегодня сообщить. Его контроль собственной Силы возрос, и непроизвольно возросли подавляющие способности. Просто потому, что одно переставало мешать другому, хотя каналы нейтрализации и поглощения энергии я почти не восстанавливал. Но некоторые пришлось, иначе бы концов потом не соединил.
Это выводило меня к развязке. У Лины обучение происходило успешно, считай ускоренными темпами. Хорошо, что я собственной персоной не присутствую на последних изысканиях, потому что количество действующих лиц очень сильно увеличилось. Супруге нужно было держать подконтрольных разумных не только в рамках запланированного сценария, но и подальше от себя.
Особенно выделился на последнем опыте Иминаэл, который принял участие. Он перехватывал у Ангелины контроль над женщинами, которых умел направлять намного лучше, чем моя ворожея, тем самым вносил разлад в мужские ряды. Иминаэл эла Дамэ отличался от своего собрата Кэндиэла тем, что не брезговал никакими представительницами слабого пола, если они его привлекали.
Так что Лина набралась опыта в последнем заходе сполна. Поделилась этим со мной и решила взять перерыв в исследовании собственных возможностей. Поддержал, конечно, радуясь, что меня с ней не было на том представлении. Иминаэлу я бы чего-нибудь сломал.
***
Думал, меня оставили на сегодня в покое. Обычно после ужина меня никто не беспокоил. Если я не гулял по огромной окружающей территории, часто выбираясь на территории небольшого окружающего строения дворца ухоженного леса, то был занят общением с супругой, чтением, или двумя этими вещами одновременно. Читал для нас двоих, прерываясь часто на обмен мнениями о прочитанном.
Сегодня у занятых в благоустройстве помещений и территории комплекса людей и альвов был небольшой праздник, приуроченный к каким-то событиям местной истории. Лина опять не скучала и проводила весело время. Надо отметить, что проблем с непроизвольным контролем Силы у неё сейчас не было совсем, и излишнего внимания окружающих мужчин она не испытывала.
Я планировал бездельничать, но за мной пришли жрицы. Не знаю, как так выходило, но эти женщины перестали быть для меня отдельными личностями. За ними всегда стоял образ Алимэитэ, роскошный образ едва одетой светловолосой матроны с яркими искрами голубых глаз.
Глазами по фигурам я всё же пробежался, отмечая для себя, что плотные мантии должны быть достаточно не удобные для ношения в таком тёплом окружении. Если снизу ещё какая-то церемониальная одежда, то завидовать их положению не стоит.
Мне было любопытно, что же придумает сегодня самая уважаемая женщина Альвэналэн. Такое внимание мне льстило, но настораживало, как любая вещь, не имеющая логического обоснования. Ну, правда, мальчиков ей не хватает, что ли? Вот с таким настроем я и встретился вновь с властительницей, чтобы в очередной раз быть слегка ошарашенным её видом и обаянием.
Формат сегодняшнего вечера точно предполагал продолжительное общение уже потому, что Алимэитэ занимала сидячее положение на огромном расположенным почти вровень с полом ложе. Оно выступало всего лишь на несколько ладоней от пола и служило как раз для такого типа отдыха — общения в приятной кампании. По краям стояли такие же низкие столы с закусками и винами. Чтобы сами отдыхающие не беспокоились о мелочах, помогать с любыми капризами должны слуги. В нашем случае — те же четыре жрицы.
Но жрицы это… спутницы своей звезды. Сегодня облачённой в бледно-лазурный перламутр достаточно простого на вид платья. Пожалуй, его можно было бы назвать хитоном, если бы его длина не противоречила общим понятиям подобного одеяния. В той позе, которую приняла женщина, хороши были видны привлекательные для меня, как мужчины, оголённые ноги, бёдра и… дальше уже начинался, или заканчивался короткий хитон. Верх платья тоже отличился, нарушал веяния современной моды альвов, скрывая ложбинку между увесистыми половинками груди, но сами литые формы спрятать было не возможно. Ткань облачения вообще была тонкой, не скрывая особенностей своей носительницы.
— Неужели мы тоже будем отмечать сегодняшний праздник? — решил начать с шутки.
Вообще осмелел последнее время рядом с этой властной особой.
— Из-за праздника у меня появилось и время, и возможность уделить себе немного времени. Но бросить своего гостя не могли позволить мне законы гостеприимства.
Слишком много обещающая улыбка появилась на лице альвы. Вообще этот народ не любит выражать свои эмоции открыто, а эта женщина меня вообще баловала в этом плане.
